Я смотрел на стоящее передо мной пиво. Взял стакан, как берет его герой рекламного ролика, отпил два глотка и вздохнул.
Великолепны, великолепны, великолепны! Ракеты «Томагавк», использующиеся с Первой войны в заливе, — это еще одно технологическое чудо, которое летит, летит, летит почти со скоростью звука на заданной высоте над землей, и её боеголовка весом в 450 кг попадает точно в запрограммированную цель на расстоянии до 1600 км! Как приятно такое писать, мне-то это всё пофиг! На вооружении морской пехоты США есть около 1000 «Томагавков» и каждый «Томагавк» стоит 600.000 долларов, и вот я, брат, прикидываю: смотри, чтобы такой штуковиной в кого-то шарахнуть, нужно иметь офигенно мощную причину, то есть я хочу сказать, что для того, чтобы в кого-то швырять чемодан, в котором 600.000 долларов, ты, брат, должен иметь мощную финансовую причину, иначе, братишка, это совершенно невыгодно! Потому что глупо, если ракета стоит дороже, чем то, во что она попадет! Я понял, блин, это главная проблема американского присутствия в мире! Не будешь же пулять в каждого кретина! Воевать имеет смысл только там, где это выгодно! Вот, например, в Африке действительно невыгодно! Во что бы ты ни попал — всё дешевка! Всё что угодно разрушенное в Африке не оправдывает цену ракеты! Вот в чём проблема с ведением военных действий в странах третьего мира! Низкие цены на недвижимость! Можно сказать, что, воюя с ними, оказываешься в убытке!
Вот! Убыток! Видишь, до чего дело дошло! Этим ребятам, из Африки, надо бы хоть немного развиться, надо им в этом помочь, и только потом уже сыпать на них ракеты! А так бессмысленно! Нет смысла, а смысл — это самое важное!
Но однажды, когда «Томагавки» подешевеют, мир изменится! Когда придумают супероружие по приемлемой цене, мир станет другим! Тогда амеры смогут вмешиваться и туда, где нет денег! Но вот вопрос, а когда это случится? И случится ли вообще? Я думаю, что супероружие останется дорогим! Хотя бы просто для того, чтобы кто попало не палил в других кого попало! Если бы какой-нибудь бедняк добрался до «Томагавка», всё бы на хер пропало! Тот, кто богат, он, по крайней мере, сохраняет нетронутыми свои имения, он всё калькулирует, а когда оружие оказывается в руках бедного… Я имею в виду, что если у него нет ничего, только оружие! Дерьмовая психологическая ситуация!
Тебе просто хочется из него жахнуть, просто для того, чтобы все увидели, что и у тебя кое-что имеется!
Ты просто не можешь сдержаться, ты должен жахнуть! В этом проблема с войнами бедняков! (Ты сам посмотри, что с этим делать, мне приходится немного пофилософствовать, а то здесь мне совсем нечего делать!) Вот взять, к примеру, сербов, бедняки, все девяностые годы воюют, а никакого финансового плана у них нет! Воюют, воюют, а всё больше и больше оказываются в жопе! С развитыми народами такого случиться не может! А братья сербы палят и палят из последних сил, наносят огромный ущерб, а потом не знают, что делать дальше! Заняли половину Боснии и торчат там без всякого смысла! Без гроша ломаного!
Знаешь, всё это людям и психологически вредно! После войны и этого грёбаного стресса человеку хорошо бы немножко отдохнуть! А не стараться наверстать упущенное и вкалывать, мать твою! Кто заставит воина работать — это старый индейский вопрос! Сейчас его нельзя отправить в резервацию и заставить там сажать кукурузу. Джеронимо там сгниет, вместе со своими сотоварищами! Как только дело дрянь, они идут к психиатру! А пока продолжается сраная тягомотина, пока осваиваешь высоту за высотой, груду за грудой камней, канаву за канавой, колючий куст за колючим кустом, пока передвигаешь границы — всё это выглядит так, как будто всё куда-то движется, развивается, как будто, как говорят, существует какая-то перспектива!
Это тяжелая проблема для нас, воинов-бедняков! Как видишь, я и себя к ним причисляю! Я знаю, меня спрашивай! С тех пор как кончилась война, с тех пор как я увидел, что дальше ничего нет и что это именно так (куда добрался, туда и добрался), я чувствую, вот, вот!!! Я не могу понять, чем бы я мог сейчас заниматься! Стать философом? Попом? Что?! Что?!
— Вижу, ты звонил? — сказал я Маркатовичу вместо приветствия.
— Найдешь время выпить кофе? — спросил он. И тут же добавил: — Это важно.
Эти его «это важно» действовали мне на нервы. Неужели не может просто нормально позвать меня на пиво? Почему мы постоянно общаемся как два бизнесмена-идиота?
— Ты один или же снова впутаешь меня в какую-то комбинацию?
— Один, один, гарантирую. Давай, приходи, — сказал он. И добавил: — Извини, Диана звонит, я должен ответить… Позвоню тебе через минуту.