Костенко на каждом построении Сашку "имел". Ну и, от греха подалее, подарил он этот шлем тогда своему однокашнику.
Вот этот командир мотострелков половину своей роты сопровождения пустил впереди колонны, а остальные боевые машины оставил в хвосте. Это и привело в тот день к таким страшным последствиям…
После первого взрыва фугаса, в воздух подлетел КАМАЗ с топливом.
Тут же выстрелы из гранатометов подбили еще наливник, второй или третий в колонне, и они преградили всем путь, залив пылающим топливом и воронку и дорогу и обочину, где отстреливались водители.
То есть к месту передачи пришло 4 БМП и 2 КАМАЗа, а все остальные машины "духи" начали расстреливать одну за другой. "Пехота" колонне помочь не могла или не захотела.
Когда мы подходили со своей колонной к Мухемедке, было видно уже 4 факела, черными дымами уходящими в небо. Все остановились и ждали указаний. Начался спор, кто должен идти на спасение колонны.
Костенко:
- Я и так задницу свою подставляю. Взвод на краю "зеленки" - узнают мне пи…ец!
На что последовал ответ командира мотострелков:
- Это Ваша колонна. Вот и ведите ее от начала до конца. А я тут вообще не при делах, мне сказали на пару часов провести чьи-то машины и назад, мы вечером на боевые уходим. У меня и десанта нет, только экипажи, некоторые и без командиров.
Прозвучал еще взрыв и очередной факел взметнулся в небо.
Стрельба то стихала, то возобновлялась с новой силой. А мы стояли в ожидании хоть какой-нибудь информации от колонны, но ее не было. По связи минометчиков начали подтягивать, по "Ромашке" - воздух.
Еще взрыв…
Еще факел…
Мы к замкомбату:
- Ребят мочат на наших глазах! Вы че??… Мы че ждем??!
Ротный, убедив Костенко разрешить идти на спасение ребят, на 3
БТРах ринулся на помощь, скрывшись за поворотом. Буквально через считанные секунды бой разгорелся с новой силой.
Броней, скинув в кюветы подбитые КАМАЗы, он начал расчищать дорогу, но был сам ранен на первых минутах боя, не успел даже под броню спрятаться, на 370-м огнем снесло весь десант. Его, других раненых и убитых водителей, загрузили на БТР и он, развернувшись, на всех парах ушел назад, к посту. За это время подожгли еще пару машин с боеприпасами.
К нам из-за поворота, вылетает этот БТР. На нем навалом лежали тела, боковые люки были открыты, из них посыпались раненные.
Замкомбат вертушки уже дымами наводит - "восьмерки".
Я к Шекуле Саше (водитель ротного):
- Доложи спокойно, что и как там?
- У водил патронов нет, когда мы выскочили, духи к ним уже подбегали. Мы с ходу - огонь, они в ответ, даже не прятались.
Ротного сразу… Кто не успел под броню залезть - тоже. По дороге нельзя, наливники мешают - только по обочине. Там наши броники бой ведут. Ящики с брони водилам скинули (вдоль бортов у нас по 4-5 ящиков патронов привязаны всегда были и "НЗ" и дополнительная защита для десанта).
- З71, 372 на связь, Сафрон (ЗКВ-1, у сержантов позывных не было), дорогой, доложи как там? Держись браток, сейчас поможем!
А ответа не слышно в эфире - сплошная стрельба, мат и взрывы…
Я к Костенко, он на вертушки раненых и убитых уже загрузил.
- Товарищ капитан, там из офицеров никого. Я туда. Вы тут батальоном если чо… Хоп!
- Хоп! Давай летеха…
Получив разрешение, уже я пошел на помощь.
- Всем под броню, реснички закрыть, огонь через бойницы правого борта. Бронежилеты и каски одеть…
Исходишь всегда от противника, как на их месте поступил бы.
Сбор, анализ информации - это хорошо. Но когда воочию видишь все сам, принятие решений происходит мгновенно.
Заходим за поворот. Перед машиной столб огня. Наливник горит, за ним еще и еще.
Гранатометчик работает. Около машин никого. Все по кюветам.
Сафрон грамотно БТРы расставил. За насыпью спрятался. Молдец, не дает духам голов поднять.
Водилы по два. Один стрельбу ведет, другой магазины снаряжает.
Порядок.
- Сафрон, на дорогу. И по одной - две машины выводи из-под огня, водил прикрой броней. Антон - старший, оставайся здесь. Собери всех. Раненных и убитых на пост. Поставь задачи. Разверни "примуса",