- Так что Санек, жди нового, а когда он будет…
Бригадная заявка в Армию, Армия в Ташкент, Ташкент в Москву, и пошла писать губерния!
Сидишь на лавочке в госпитальной робе (почему-то всегда с короткими штанами), солнышко пригревает, проходит мимо высокий статный капитан, "ПШ" с иголочки, отглаженный, на колодке две
Звезды, в лайковых перчатках, провожаешь взглядом, завидуешь.
Потом как током - а перчатки-то зачем? Да у него же рук нет!!! Доходит после. Девчонки гладили, мы мужики так не умеем.
Шаркаем по палатам с Николаичем, своих ищем, вот Волков, голова вся в бинтах:
- Товарищ капитан, товарищ лейтенант! Ничего не вижу, что со мной?
- Ничего, сынок, все нормально: снимут повязки, и новыми глазами свет увидишь.
А у самих комок к горлу. Наших восемь в том бою раненных, все остальные - из колонны.
Почему наших? Там все наши были, чужих не было.
Лежит боец - пулевое в живот, от солнечного до паха шов. Живот раздулся, не может в туалет сходить, все внизу закуксовалось, слезы от боли на глазах. Сестричка молоденькая, только из Союза, тыкает ему какую-то хреновину в зад, попасть с первого раза не может.
Николаич:
- Ну-ка "снайпер", я вместо тебя попробую, у него-же одна дырка, а не две как у тебя.
Та красная убежала. Пробил. Тут же струя в него, а живот на глазах сдулся. Полегчало. Я Николаича на перевязку, бинты загаженные менять.
Кто во время Афгана не был в военных госпиталях, тот никогда не оценит стоимости крови и человеческих страданий. Цифры потерь убитыми и раненными, о которых я читал в учебниках, приобрели новое значение с того момента, когда я сам попал в госпиталь. В батальоне, при выполнении боевых задач, совсем про это забываешь…
__
В декабре 1982 года нам предложили записаться в военные округа, в которые мы хотели бы замениться после Афгана. Я записался в Одесский, поближе к дому, в Николаевскую ДШБр, а подтверждение пришло на Забайкальский округ в Магочу.
ЗабВО - Забудь Вернуться Обратно. И еще четверым ребятам из бригады подобное подтверждение пришло.
Будучи в бригаде, я с Глебом Юрченко (тогда он был зам.ком. разведроты) написали рапорта на имя командующего Туркестанским округом - генерал-полковнику Максимову, что в связи с невыполнением заявки на замену, мы остаемся в Афгане до ее удовлетворения. Ответ от него не заставил долго ждать:
- Свой интернациональный долг Вы выполнили, а поедете, туда "куда партия и правительство прикажет".
Чтобы не обидно было, за время госпитализации отправили мои документы на ротного.
До конца июня я совсем оправился. По выписке мне дали "десять суток отпуска при части - правда, никто не знал, как в Афгане проводится такой отпуск. Я решил эту проблему сам - в штабе тыла было пару женских модулей. А "холостяков-штурмовиков" по пальцам посчитать.
Когда летел в Гардез на МИ-6, он вез говяжьи туши в бригаду, прапорщик-вертолетчик пришвартовал их как-то странно, я этому не придал значения, а зря.
Только взлетели, без предварительного зависания, летчики на вертушке начали выделывать фигуры "высшего пилотажа", то борт вправо кинут, то влево, то вниз - в штопор, то вверх, то пулемет начинал тарахтеть, так летели минут пятьдесят. Туши сорвались и разлетелись по всему салону, я с ними работал как с боксерскими грушами, чтоб не придавили.
Сели, я пошел "поблагодарить" за полет в кабину, открываю - а там разговаривать не с кем. Мертвое царство, да бидон браги пустой, все спят непробудным сном.
Нас учили - где начинается авиация, там заканчивается порядок.
"Сталинские соколы" мать их так.
Вспомнил как МИГарь меня в мае "отработал", две бомбы скинул - не попал в дувал где я с группой находился - мазила, а третью ему не дали скинуть, с ЦУПа (центр управления полетами) предупредили, что если третью скинешь, то до базы не долетишь, завалит десантура.
Не рискнул.
10 июля, я стоял на докладе у НШ бригады майора Масливца, мы с ним самыми "старыми" в части стали, замена шла полным ходом, и в бригаде знакомых остались единицы. Он вызывает "строевика" и при мне делает запись в личном деле о ранении. Каждый год в церкви я ему свечу ставлю, любил он меня Постоянно, в течение всех двух лет интересовался моими успехами, документы на ротного - это его заслуга. Погиб он вместе с Сашей Гусевым (командир роты первого батальона) на фугасе. Возле Алихейля. Саша у нас в 9 ДШР в 1982 году взводным был. В моей памяти пухленьким весельчаком так и остался.