Хорошо быть христианином. Веришь, что на том свете князьям воздалось.
Победа Владимира Храброго
Один из татарских отрядов доскакал до Волока Дамского – и под его стенами был наголову разбит ратью серпуховского князя Владимира Андреевича Хороброго. Двоюродного брата Дмитрия Донского, внука Ивана Калиты, героя Мамаева побоища. После этого встревоженный Тохтамыш поспешно увел татар с Руси.
По всем сведениям, Владимир Храбрый был отважный воин, водивший своих бойцов в сечу не раз. Его памяти можно только поклониться.
А если в посмертные описания его действий вкрались какие-то неточности – это вина летописцев, но не героя.
Жаль, и не совсем понятно, что Владимир Храбрый не защитил свой удел – Серпухов. Татары его, как уже упоминалось, разграбили, вырезали и сожгли… Но, видимо, не могло хватить сил удельного князя Владимира, хоть бы и брата Великого князя, против всей рати Тохтамыша. Он отступил, собрал больше войска – и разбил один из вражеских отрядов.
И защитил Волок Дамский, не дал уничтожить его.
А Тохтамыш действительно воспринял это как поражение, как угрозу – и спешно покинул Русь? Ну, мы уже говорили – вся Русь его в данном случае не интересовала, он занимался исключительно Московским Великим княжеством.
А как же это Царь спустил удельному князю одного из улусов такое нападение на его воинов, исполняющих его приказ? Как Великий Хан проигнорировал подобное преступление и оскорбление? И впоследствии никогда не наказал?
Скажите: а после того – означает ли вследствие того? И то, что Тохтамыш ушел после разгрома своего отряда – означает ли, что он ушел по причине этого разгрома? И сколь велик разгром?
Эта мастерская стратегия напоминает гибрид биллиарда и городков. Бьешь по одному шару – и все вылетают вон со стола.
Все силы Тохтамыша составляли несколько тысяч конников. Один карательный отряд – несколько сотен. Упоминаний о битвах отрядов с русским князьями нет ни одного. Владимир – единственный.
Даже если русские вырубили половину отряда, а половина бежала – чем грозит это Тохтамышу? Тверские и рязанские полки на его стороне – всегда можно послать на мятежника и покрошить всех. Что – мы не сказали? Да, конечно, вооруженные силы Суздаля, Нижнего Новгорода и Рязани были к услугам законного и любимого царя. Покарать мятежников и одновременно пограбить и опустить конкурентов – святое же дело.
А Владимир этого не знал? Отчаюга был? Или полагал после этой партизанской сшибки скрыться за границей?
М-да… Вот уже сто лет мы празднуем День Защитника Отечества. Раньше он назывался День Советской Армии. Еще раньше – День Красной Армии. День ее рождения. 23 февраля 1918 года молодая Красная Армия в своем первом бою разгромила немцев под Псковом. Так потом оказалось, что она их в этот день не громила. Она их в этот день увидела – и побежала назад быстро и далеко, не рискуя своей молодой жизнью. Что не помешало пропагандистам вскоре объявить визуальный контакт битвой, драп – победой, а мелкий позор – днем рождения. Через сто лет это стало общеизвестно – что отнюдь не мешает празднику мужества.
Победа Владимира Храброго над татарами, не давшая им разрушить Волоколамск и обратившая всю армию в бегство – это защитная патриотическая реакция русского духа, не могущего допустить безнаказанного насилия над собой; как и любой другой дух. Случись это на самом деле – хана отважному Владимиру: город в головешки, людей в беф-татар, воронам раздолье.
Так здесь же еще одна вещь. Волок Дамский не принадлежал Московскому княжеству. Кто б мог подумать. Раздражающая деталь.
Он был новгородским анклавом между землями смоленскими, тверскими и московскими. В начале века Москва заставила в нем посадить рядом с новгородским наместником и московского. Затем московский новгородского изгнал, как водится. Еще посидел князь из московских. Затем вошел в силу Ольгерд, Смоленское княжество стало втягиваться в Литву – и на Волок Дамский сели князья Березуйские со Смоленщины. Новгородское же влияние оставалось весьма сильным.
Так что Волоку Дамскому на наш 1382 год жить под Дмитрием Донским не было никаких причин. Он стоял у границы тверских и литовских земель, имел выгоду узлового транспортного пункта и предпочитал находиться в зоне свободного рынка. А Москва выжмет досуха. Там свои купцы ныне подвывают.
А Владимиру Храброму Серпуховскому Андреевичу находиться близ него было очень сейчас удобно. Раз – и ты в Твери. А она мирная и покорная, трогать не велено. Раз – и ты в Литве. А с ней сейчас мир и соваться не приказывали.