Драко увидел его, когда принёс в приют выводок карликовых пушистиков, а придя домой, рассказал Гарри о большеглазом малыше, который кричит ночами и всё рисует и рисует зелёные лучи. Решение взять Джеймса в семью родилось мгновенно. А потом в их доме и в их жизни один за другим появились Альбус, Скорпиус и малышка Лили.
Гарри выныривает из воспоминаний и, критически осмотрев украшенную гостиную, отправляется в детскую за любимым супругом. Драко обнаруживается сладко спящим сидя на полу. Голова его покоится на кроватке Скорпиуса, книга выпала из ослабевших рук.
Гарри тихонечко присаживается рядом, гладит Драко по щеке, заправляет за ухо светлую прядку.
— Как же он устаёт, бедный мой! — с нежностью думает он.
Стараясь не потревожить сон любимого, Гарри осторожно левитирует его в спальню, раздевает с помощью заклинания и бережно укладывает в постель. Улёгшись рядом, принимается невесомо целовать волосы, шею, спину, любимые поясничные ямочки. Драко шевелится во сне, бормочет: «Гарри», поворачивается лицом и, не просыпаясь, обвивается вокруг Гарри руками и ногами, словно цепкий зверёк. Утыкается ему в ямку под шеей и тихонечко, трогательно сопит. Гарри, боясь сделать резкое движение и разбудить вымотанного супруга, бережно обнимает его и, поглаживая спину, шепчет в макушку:
«Спи, мой хороший, спи, любовь моя!»
========== Часть 2 ==========
На следующее утро Гарри просыпается ни свет ни заря и спешит на кухню, чтобы доделать именинный торт. Коржи испечены уже вчера, так что он приступает к приготовлению крема.
Драко подходит сзади, просовывает руки Гарри под футболку и начинает поглаживать, медленно и дразняще. Гарри уже позаботился о себе, когда принимал утренний душ, но мигом возбуждается вновь от того, как Драко играет с его сосками, как дышит, вылизывая его за ушком. Движения венчика, которым Гарри взбивает крем, становятся дёргаными и хаотичными, так что он откладывает магловский инструмент в сторону и шепчет Заклинание Взбивания, которому его обучила Молли.
— Хочешь попробовать крем? — слегка срывающимся голосом спрашивает Гарри.
— Хочу, — шепчет Драко, — очень… Но сначала я хочу попробовать кое-что другое.
Драко разворачивает Гарри лицом к себе и медленно опускается на колени, стягивая вниз его треники со снитчами.
— Дети? — полустоном-полувсхлипом вопросительно выдыхает Гарри.
— Заглушающие… — шепчет Драко, проводя языком по члену Гарри снизу вверх.
— Оповещающие… — предвкушающе всхлипывает, облизывая по кругу головку.
— Отводящие… — завершает еле слышно и берёт член в рот.
Они дарят друг другу утренние ласки под мерный звук взбивающегося крема, под плеск воды и звяканье моющейся самой по себе посуды. Звук Оповещающих Чар проходит мимо их сознания, поэтому, когда они снимают Отводящие и Заглушающие, то обнаруживают возле кухонной двери всех своих детей.
— Почему нам нельзя на кухню? — удивлённо спрашивает Джеймс.
— Именинный торт! — хором выкрикивают отцы, заслоняя своими спинами произведение кондитерского искусства. — Ты не должен видеть его до вечера, Джеймс! И — с Днём Рождения тебя, малыш!
*****
Вечером на Гриммо собирается вся большая семья.
— Джеймс, дорогой, как ты вырос! — тискает именинника Молли, а затем притворно сокрушается: — Ох, боюсь, свитер, что я связала, будет тебе мал!
Рон вручает Джеймсу волшебные шахматы, где все фигуры выполнены в виде героев любимой сказки мальчика о драконах, принцах и волшебных животных. Эту сказку сочинил для него папочка Драко.
Гермиона верна себе: она дарит «Энциклопедию Будущего Мага» и книгу «Записки маленького зельевара».
Артур торжественно презентует магловские пазлы, с восторгом сообщая, что кусочки не двигаются сами.
А бабушка и дедушка Малфои преподносят внуку метлу «Ветерок» и набор детских мячей для квиддича с мягкими, как подушки, бладжерами, лёгкими квоффлами и снитчем, который не улетает за пределы площадки.
Люциус с довольным видом объявляет, что наконец-то, спустя два года изучения старинных фолиантов в библиотеке мэнора, нашёл ритуал присоединения приёмного ребёнка к Роду, и вскоре имя Джеймса появится на семейном гобелене Малфоев.
— Да кому сдался ваш изъеденный молью гобелен! — ворчит себе под нос Артур, безуспешно пытаясь найти место для очередного кусочка пазла в картине, изображающей дракона, как его представляют маглы.
— Драко, — спрашивает Гермиона, глядя на дочь Гарри и Драко, которая усердно откручивает голову кукле, — вы уже начали заниматься с Лили? Я, например, сделала для Хьюго развивающие карточки!
Она достаёт из сумочки внушительную кучу карточек с написанными на них словами:
— Их надо регулярно, три раза в день по пять минут показывать малышу. Хьюго уже узнаёт некоторые слова! А ну-ка, милый, — пытается Гермиона привлечь внимание сына, — покажи мамочке, где слово «сова»? Я зачаровала карточки так, что если малыш показывает правильно, буквы начинают светиться! — с энтузиазмом объясняет она Драко.
Хьюго сердито хватает карточку, отгрызает от неё внушительный кусок и возвращается к Лили и её кукле, уже похожей на Почти Безголового Ника.
*****
Так, за разговорами, играми и угощениями незаметно пролетает вечер. Когда Джеймс наконец-то задувает свечи на своём именинном торте, Лили и Хьюго уже спят на полу в куче игрушек, Ал, Скорпи и Роуз разнесли полгостиной, уворачиваясь от мягких бладжеров, а взрослых разморило от выпитого огневиски.
Изрядно захмелевшая Молли обнимает Нарциссу и обещает связать ей свитер. Артур наконец сложил пазл и издаёт победный клич.
Стелла восторженно лает, не переставая, а неугомонного, объевшегося тортом хорька снова рвёт, как в тот самый день несколько счастливых лет назад, когда Гарри принёс его в клинику, чтобы встретить там свою любовь.
Любовь о чём-то тихо беседует с Гермионой, до Гарри долетают лишь обрывки фраз:
«Дети должны быть детьми», «груз ожиданий», «давление семьи»…
И в эту самую минуту Гарри понимает, что он абсолютно счастлив здесь и сейчас, среди близких людей, со своим супругом, детьми и животными. Их любовь — это ковчег, который вынес их к свету и счастью из хаоса и тьмы.
Однажды они видели, как мир стоит на краю гибели, и не позволят этому случиться вновь.