День шел своим чередом. После урока живописи – иностранные языки. Урок географии со стареньким, добрым господином Меридиусом.
Ужин. Неинтересный и скудный. Розга не забыла о наказании и оставила наш класс без коржиков.
Вечернюю прогулку отменили, но никто не расстроился. Потому что причина отмены была радостной – свидание с родными!
В первый день нового учебного семестра близким дозволялось навестить воспитанниц, чтобы передать им вещи из дома, лакомства, а также порцию наставлений. Ну, и обсудить с учителями перспективы каждой девицы.
Мы собрались в гостиной. Часть девушек торчала у окон, высматривая, когда на дорожке появятся их матери, отцы, братья и сестры.
Другие делали вид, что заняты разговорами или шитьем, но беспокойно ерзали, поминутно оглядывались на дверь.
А когда дверь отворялась и заходила дежурная девушка, чтобы пригласить очередную счастливицу в приемную, все замирали.
Общее возбуждение не коснулось нас с Тарой. Мы спокойненько сидели в углу, перебирали мои пуговицы, шепотом беседовали.
Моя родня редко приезжала меня проведать. Дорога до столицы долгая и недешевая, отец из-за артрита не выносил карет и не любил, когда мать отлучалась из замка. Мой братец учился в столице, но в Академию его арканом не затащить.
Отец Тары уехал на маневры, а других родственников у нее не имелось.
– Эмму Элидор ждет в приемной господин Брандт Валфрик, – сообщила дежурная девушка. Я вздохнула и поднялась. Меня явился проведать мой жених. Скучный вечер обеспечен.
Тара сочувственно улыбнулась и подмигнула. Я побрела в приемную.
Валфрик ждал в кресле у окна, при моем появлении поднялся.
Я сделала книксен. Валфрик вычурно расшаркался и притянул мою руку к губам для поцелуя.
Мы уселись.
– Моя дорогая Эмма, ты хорошеешь с каждым днем, – с преувеличенной пылкостью заявил мой жених и вытянул влажные губы трубочкой, чтобы подчеркнуть свои чувства.
– Благодарю, Брандт. Надеюсь, вы здоровы? Как идут ваши дела?
Валфрик шумно вздохнул, достал платок и вытер вспотевший лоб.
Он еще не стар – ему недавно исполнилось тридцать два, и в юности, до того, как набрал лишний вес, он, вероятно, был хорош собой.
У Валфрика по-прежнему четкий профиль, но второй подбородок уже весьма заметен, а толстой шее тесно в накрахмаленном воротничке. У него черные воловьи глаза под тяжелыми веками, густые изогнутые брови, пухлые, почти женские губы.
В целом, он неплохой человек. Вспыльчив, но отходчив. Не лишен остроумия. Со мной держится ласково, любит цветистые комплименты и приторные словечки.
Моя мама считает его манеру разговора ужасно вульгарной. «Торговец, что возьмешь! – фыркала она презрительно. – Привык угождать, лебезить!»
Валфрик хитер и предприимчив. И он ужасный сноб! Такими спесивыми гордецами бывают те, кто сам вышел из низов, и, проникнув в высшие круги, изо всех сил стараются сойти за своего.
Он помешан на правилах хорошего тона, на благонравии и приличиях. Ему нужна идеальная жена, породистая, как призовая кобыла, с великолепным аттестатом и вышколенная, как для скачек.
Валфрик ужасный болтун. У него две темы бесед: его махинации на лошадином рынке и его победы над соперниками в бизнесе. А также перечисление всех хороших домов и приемов, куда его приглашали, высокопоставленных новых знакомых и их недостатков.
А еще говорят, что мужчины не любят сплетничать и злословить! Кто так говорит, тот незнаком с Брандтом Валфриком.
Валфрик сложил унизанные золотыми кольцами пухлые руки на объемном животе, задумчиво покрутил большими пальцами. Я приготовилась слушать, поддакивать и улыбаться.
Однако Валфрик в кои-то веки решил поговорить не о себе, а обо мне.
– Эмма, вчера на приеме у министра я услышал, что у вас в Академии ввели занятия боевой магией? Душенька, это правда?
– Все верно, Брандт.
Брандт покачал головой.
– И кому на ум пришла такая глупость – учить девушек грубому искусству! Это даже неприлично.
– Это идея королевы и принца, – объяснила я не без ехидства.
Брандт испуганно вздрогнул и тут же рассыпался:
– Безусловно, ее величество знает, что делает! Полагаю, это вынужденная необходимость, верно? Эмма, душечка, ты должна стараться. Ты должна быть первой во всем. Нам с тобой очень нужен диплом лучшей выпускницы. Ведь тогда после свадьбы тебя пригласят вступить в Клуб первых жен. Знаешь, что это такое?