— А так? — скользит пальцем меж губ и проникает в меня. Начинает легонько подергивать внутри. А мне глубже хочется. Подаюсь навстречу, замираю на секунду, смакуя момент.
И как только я сдаюсь, он сменяет палец кое-чем более приятным.
В это мгновение у меня нет мыслей. Нет вопросов. Нет ничего в голове. Лишь ощущения, чувства, которые с каждым днем становятся все сильнее. Желание не уходит, оно усиливается с каждым очередным соитием.
Я растворяюсь в нем, как мелкий зефир в чашке кофе. Таю и уповаю на счастливый конец.
Но конец не будет счастливым. А ведь все так хорошо начиналось.
И как после всего этого верить людям?
***
Остаток недели мы с Артуром почти не виделись. Последний раз он был у меня в четверг. Приехал поздно вечером около десяти.
Как оголодавший зверь, накинулся на еду, потом принял душ и, пока я убиралась на кухне, молниеносно уснул. Вот такой веселый вечер.
А утром, проспав встречу, он так же резко сорвался на работу. Ну откуда я могла знать, на какое время ставить будильник?
Нет, претензий не было. Просто Артур пунктуальный до ужаса, а тут проспал…
Бывает.
Вечер пятницы — Ульянино одиночество прогрессирует. Еще и месячные начались. Живот болел дико просто. У меня так редко бывает и надо было им испытывать прямо сегодня. Настроение достигло отметки минус сто.
Около девяти вечера я не выдержала тишины, и сама написала Артуру.
«Привет, трудяга. Ты там живой?»
Ответил он мне не сразу, минут через тридцать.
«Привет. Я еще на объекте. Заебался».
«Закончите сегодня?»
«Не уверен. И завтра тоже навряд ли. Буду заказчику звонить, умолять дать отсрочку».
«Ясно (грустный смайлик)».
«Соскучилась?»
«Есть такое. А еще хочу уточнить насчет завтра? Пойдешь со мной на день рождение?»
Снова атака мозга. Особенно когда «печатает» виднеется в мессенджере очень долго. Уже можно было поэму накатать. А он написал всего два слова.
Что это значит?
Да то, что он стирал и печатал опять. Не мог решить, пойдет или нет?
«Не смогу» — разбило всю надежду на этого мужика.
«Ну ладно. Пойду одна».
«Все. Пошел я. Раствор засыхает. Спокойной ночи. Завтра наберу».
«Ок», — равнодушное прощание от меня.
Ну а что? Мог бы и вырваться на два часа. Точно мог. Он просто не хочет идти со мной. И причину я знаю.
Отец.
Артур боится, что я тащу его на знакомство. Но это не так.
Да и нам не по семнадцать лет. Мы взрослые люди. Я бы его представила, как друга. Или вообще не представляла.
Бред полнейший.
***
На банкет еду на такси, так как сегодня решаю немного выпить. Или много, как пойдет.
Когда смотрела на свое отражение в зеркале еще в квартире, думала об Артуре.
Он бы заценил мой образ. Особенно платье. Мое любимое, кстати. Случайно попалось на глаза, и сразу же купила, без примерки.
Тонюсенькие бретели, треугольники на груди и открытая спина. Платье полностью облегает фигуру, а атласная черная ткань только подчеркивает изгибы.
Классические туфли, укладка, макияж — сегодня я нравлюсь себе как никогда. И даже эти «волшебные дни» не испоганят мое настроение.
Хорошо, что живот перестал болеть. Женская природа сжалилась надо мной.
Папа, конечно, выбрал самый дорогой ресторан в Новосибирске. Сразу прошерстила сайт заведения, когда Ксюша скинула адрес.
Вспомнились слова тети о том, что отец живет на широкую ногу. Еще на какую.
Выбираюсь из машины, а это непросто, учитывая, что платье узковатое.
К центральному входу иду не быстро. Захожу внутрь.
Гостей много. Очень много. Делаю скидку, юбилей как-никак.
Ставлю коробку с подарком в специально отведенном месте. Их тут полно. Не знала, что подарить, и купила отцу брендовую рубашку. Всегда пригодится с его-то работой.
В центре зала замечаю отца. Точнее сначала бросилась в глаза Ксюша и ее живот. На ней было несуразное платье, хотя на беременных трудно найти что-то приличное. Да и срок большой, на такой живот фиг что натянешь.
Решаю подойти ближе.
— Привет, дорогая, рад, что ты пришла. Ну красотка. Ксюша, скажи? — Отец уже принял на душу. Перегаром разило, и он был особенно весел.
— Привет, Ульян. Как куколка. — Немного лицемерно звучали ее слова, но я не подала вида.
— Спасибо. Ты тоже отлично выглядишь, — делаю комплимент папиной жене.
— Если бегемот может выглядеть отлично. — Самоирония, которую мы с отцом поддержали смехом.
— Ульян, ты иди пока шампанское возьми, а мне нужно со всеми поздороваться. Мы сидим вон за тем столом, ты с нами. — Отец указал на стол в центре зала и направился с Ксюшей к очередному гостю.