После окончания занятий мы с Наын сразу направились в кафе, где должны были встретиться с её бывшими одноклассниками. На улице лил сильный дождь, хорошо, что Тэ оставил наш общий зонтик мне. Двое пришедших парней оказались милыми и воспитанными, но мне почему-то было скучно в их компании, чего не скажешь о подруге. Неужели я так привыкла к нахальству Тэ, раз общение с претендентами на роль моего парня показалось, ну, очень нудным? Или же адекватность — это уже не моё?
— Соль, ты где витаешь? — моя рассеянность была заметна как школьнице Чон, так и её друзьям из средней школы.— Нигде, просто задумалась. — и кого я обманываю? Ведь не интересно мне с ними, совсем.
Столь скучные посиделки быстро закончились, устроенное Наын свидание не удалось. Оба парни хороши собой, но ни один из них меня не заинтересовал. Выслушав возмущения подруги по поводу того, насколько я повысила планку в своих поисках, мне пришлось извиниться перед ней. И домой я вернулась без настроения, с промокшими в лужицах ногах. Но не только мне досталось от проливного дождя.
— Пап, ну почему я? Тэ не маленький, лекарства уже выпил, а утром тётя Хани вместе с мамой вернутся с ночной смены. — злая, ещё слабо сказано. Этот дурак умудрился простудиться, гуляя под дождём, а мне теперь нянчиться с ним?— Я очень устал из-за проблем на новом объекте, а завтра должен сделать отчёт. Тебе же не составит труда присмотреть за Тэ? Можешь даже один день школу пропустить. — неплохой залог, и всё же… — Ну Соль, это же Тэхён. Сколько раз он присматривал за тобой, когда ты болела? — папа был прав, но недовольства моего не унял.— Ладно, но кормить его с ложечки я не буду. — М-да, это было бы уже слишком.
Брезгливой меня не назовёшь, да и ленивой тоже, но оставаясь с Тэ наедине, я всё больше ощущала неловкость между нами. Не понимаю, почему, мы ведь знаем друг друга почти столько же, сколько помним себя. В детстве иногда даже спали на одной кровати и под одним одеялом. Я много раз видела Тэхёна голым, а он меня, но это было ещё до начала средней школы. И всё же считать его названым братом или просто близким другом я не могу.
— Ложечку за маму, ложечку за учителя физкультуры, который вечно тебя с занятий забирает, а теперь ложечку за меня. — обещала себе и папе, что не буду этого делать, но он такой бледный, ещё и дрожит.— Перед тобой в этом списке должен быть ещё Ёнтан. — больной, а шуточки свои не растерял.— Твоя собачонка дороже меня? Тогда пусть Ёнтан тебя и кормит. — этот дурак, понимаю, что шутит, но злиться не прекращаю.— Да пошутил я. Конечно, ты дороже собаки, хотя твой суп на вкус как море, на вид тоже. — тонкий намек, после которого я на автомате попробовала приготовленную мной еду той же ложкой, что кормила Тэ.— Бее. Почему сразу не сказал, что он такой солёный? — действительно гадость.— Я думал, что он таким и должен быть. Ой, что-то мне холодно. — после такого глупого ответа Тэхён тут же спрятался под одеялом.
Интересно, кто из нас сейчас выглядел более наивным — я, которая поверила в это, или он, потому что откровенно солгал? Сколько ещё мы будем вести себя так, будто пытаемся что-то скрыть? Это странно, мы с Тэ оба странные.
— Поздно уже. Я пойду к себе, а если тебе будет что-то нужно, позвони, отвечу даже посреди ночи.
Будто у меня выбор был, хотя я волнуюсь о нём, а ещё чувствую вину перед Кимом. Сегодня понедельник, и время окончания занятий у нас с Тэ совпало, а так как с утра прогнозировали дожди, я взяла один зонтик для двоих. Из-за дурацкого свидания, которое устроила Наын, Тэхён ушёл домой без меня и без зонта, значит, в том, что он заболел, я виновата не меньше его беспечности.
— Не уходи, побудь со мной, пока мама не вернётся. Я не хочу быть один, и мне действительно холодно. — всё, шуточки прочь, сейчас Тэхён говорил вполне серьёзно, и в этом я не сомневалась.— Ладно, подвинься немного.
Он ненавидит одиночество, поэтому постоянно избегает его, чаще всего надоедая мне. Всё из-за того, что Тэ так и не смог принять уход отца к другой женщине. Этот парень винит себя за недопонимание между взрослыми, а ведь он ни в чём не виноват.
— Ты такая тёплая. — втираясь лицом в мой живот, довольно бормотал Ким.
Он намного выше меня и уже давно не мальчишка, а самый настоящий мужчина, и из-за его нежных касаний я уже не впервые покраснела. Жаловался на холод, когда сам такой горячий.