Упомянув муллу Омара и Афганистан, Америку и президента Буша, мы наконец подошли к событию, которое обозначено в подзаголовке статьи и которое я намеренно обходил до конца первой главы. Разумеется, взрывы 11 сентября и все, что за ними последовало, — главное событие минувшего года. Но не единственное, х а р а к т е р и з у ю щ е е этого первенца нового тысячелетия. И, как я хотел показать, н е и з о л и р о в а н н о е. Год, отмеченный буйством стихий, трагедиями техногенных и социальных катастроф, как будто г о т о в и л к у л ь м и н а ц и ю, в которой обрели наивысшее выражение и очевидная всем событийная канва, и мистическая последовательность роковых сюжетов на стыке тысячелетий. Исторический фон был достоин драмы, поставленной 11 сентября на всемирной сцене. Но и сама драма соответствовала фону, образованному чередой катастроф.
Если приглядеться к всемирной истории, станет ясно: события такого масштаба — не случайны. Сокрушение вавилонского зиккурата, падение Иерусалима, Рима, Константинополя (после отречения от православия) предсказывались пророками, святыми, Самим Спасителем. Материальные причины этих катастроф «выношены» метафизикой.
Мистический аспект нью-йоркских взрывов настолько очевиден, что даже либерально-рационалистическая по своему настрою «Независимая газета» специально выделила его. Приведу пространную и достаточно выразительную цитату: «Крушение башен Торгового центра в Нью-Йорке знаменовало начало кризиса американской цивилизации и декларируемого религиозного смысла ее существования.
Надо отдавать отчет в том, что США представляют собой цивилизацию, основывающуюся на приоритете торгово-рыночных принципов. Эти принципы религиозно освещаются некоторыми течениями в протестантизме (особенно „кальвинистскими“), согласно которым материальное преуспеяние человека свидетельствует о его богоизбранности. Не случайно основной удар анонимных (пока) террористов был нанесен именно по Торговому центру — символу атлантистской, рыночной цивилизации.
Есть, впрочем, и более древний, мистический смысл произошедшего. США символически выражают полумифический континент Атлантиду. Согласно мифу, этот остров в Атлантическом море, погрязший в пороке, навлек на себя гнев богов и погиб. Остров США находится еще западнее погибшей Атлантиды, его именуют иногда сверх-Атлантидой и связывают с мифической „страной мертвых“, расположенной на крайнем Западе.
Не настаивая на подобной трактовке, мы тем не менее обращаем внимание на сам символизм — в сентябре, осенью, в период „угасания“ годового цикла, пространственно связанного с западной стороной света, неизвестными смертниками, упавшими с неба, подобно молниям, была успешно атакована „новая Атлантида“ („Независимая газета“, 26.12.2001).
В отличие от обозревателей „НГ“ я не склонен предаваться „более древней“, чем христианство, языческой мистике в духе А. Дугина. В прошлом „нового правого“, переводчика фашистских и неофашистских теоретиков, а ныне советника левого спикера Г. Селезнева и, как пишут газеты, человека, приближенного к Особе… Я бы обратил внимание на то, что 11 сентября — день Усекновения главы Иоанна Предтечи. Сознание, не искушенное в духовном смысле событий, подсказывает механическую аналогию — усекновение. Она, конечно же, неверна. На самом деле параллель с нашими днями, а точнее, урок нашим дням иной: самая изощренная интрига (вроде той, что обрекла на казнь Предтечу) н е в с о с т о я н и и отменить конечного торжества человеческой правды и Божественной истины. „Предтечево славное усекновение, смотрение бысть некое Божественное“, — гласит Кондак, читаемый в православных храмах 11 сентября.
Как бы то ни было, если уж „НГ“ — полуофициоз нынешней российской элиты — повествует о нью-йоркских взрывах в стиле проповедников, то это означает, что они сдвинули нечто в нашем сознании. В том числе „легализовали“, оправдали в глазах современного человека моральное (а не господствовавшее до сей поры грубо материальное) отношение к действительности, рассматривающее и оценивающее мир в религиозном аспекте. Не случайно СМИ запестрели высказываниями богословов и церковных иерархов, как мусульманских, так и христианских. Не случайно даже в экономической науке — этой твердыне материального начала — внезапную популярность и авторитет приобрели взгляды Линдона Ларуша, автора книги „Наука о христианской экономике“. В отличие от Герберта Спенсера, сформулировавшего классический принцип капитализма: в ы ж и в а е т с и л ь н е й ш и й, долг экономически сильного — изгнать экономически слабого из жизни, — Линдон Ларуш убежден, что прогрессивная экономическая модель основывается на „стремлении членов общества к служению, желании приносить пользу, сознательном добровольном стремлении делать добро“. Еще недавно подобные взгляды воспринимались как прекраснодушные фантазии — даже верующими людьми („ничего не поделаешь, мир во зле лежит“). Сейчас их уважительно представляет респектабельный журнал „Русский предприниматель“(ноябрь, 2001).