Интеграции в мировое хозяйство не избежать. Но разве обязательно форсировать ее, спешить и по-прежнему выполнять все десять требований Вашингтонского консенсуса*, которые были навязаны мировой финансовой олигархией правительствам «Большой семерки», собравшейся в Вашингтоне в 1989-м. Эти требования «Большая семерка» выставила всем странам, в том числе и безвольному гайдаровскому правительству.
Вот первое требование: «аскетический бюджет, снижение социальных расходов во избежание дефицита и инфляции». История, география, границы, неспокойные соседи, народные обычаи требуют сильного государства и, соответственно, крупного и гибкого государственного бюджета. С советских времен он уменьшился многократно. Государство ныне такое слабое, что не может даже защитить и крохотный наш бюджет от разворовывания в центре и на местах. Из этого проистекают и отмена льгот и отказ от финансирования классических статей расходов, которые во всем мире, кроме США, являются заботой государства. В этом наше правительство обогнало США. У нас уже и армейские учреждения и части стали переводить на самоокупаемость, хозрасчет.
Назрела необходимость многократно увеличить бюджет России. В его основу должна быть заложена концепция строительства сильного демократического государства со смешанной социально ориентированной экономикой. Удачным примером могла бы стать Франция. Германия дает пример хозяйственной демократии на предприятиях (знаменитый Mitbestimmungrecht). Заглянем в историю бюджетов самой, казалось бы, рыночной, несоциальной страны — США. Джон Кеннеди предложил в 1962 г. бюджет свыше 100 млрд долларов, а Рейган через 35 лет потребовал уже свыше 1150 млрд. Двенадцатикратный рост, колоссальное укрепление государства, даже если учитывать падение покупательной способности доллара. Рейган был известен как противник повышения налогов, и тем не менее он следовал рекомендациям Д. М. Кейнса — укреплять социальные функции государства. То же делает Буш. Американские державники требовали обеспечить ежегодный рост бюджета на 27,5 %. Бушу дали в 2005 г. только на военные цели 400 млрд долларов (это в несколько раз больше, чем весь госбюджет России). Другой крупной статьей расходов в Америке остаются так называемые HEW (health, education, welfare) — здравоохранение, образование, социальное обеспечение. Все послевоенные годы это была самая быстрорастущая статья расходов: с 5,4 млрд долл. в 1946 г. она к 1963 г. достигла 80 млрд долл. В 1979–1980 гг. на HEW федеральный бюджет отводил уже 200 млрд долл.**. Американским советникам удалось убедить недалеких российских либералов, что HEW — это расточительство. В самой Америке это условие поддержания социальной стабильности. Олигархи Америки негодуют, но оплачивают социальные счета. Как они говорят — «кормят бездельников».
Второе требование Вашингтонского консенсуса — «налоги в пользу богатых, потому что они более склонны к накоплению и инвестированию». Никак этого не скажешь о новых богачах России. Сколько сотен миллиардов долларов они вывезли из России, никто не сможет подсчитать. Современные нувориши вообще не склонны инвестировать: зачем рисковать, напрягаться, осложнять жизнь заботами, можно просто спекулировать и сибаритствовать.
Вернуть незаконно захваченное и вывезенное — дело чрезвычайно сложное, но для волевого правительства не безнадежное. Остановить бегство капиталов из России и увеличить бюджет можно, в частности, введением прогрессивного, то есть дифференцированного налогообложения. Это неслыханная поблажка богачам — с миллионеров и с пенсионеров налог по 13 % с дохода! При этом пенсионер скрыть свой доход не может, а миллионер систематически это делает. Дифференцированный налог — это не посягательство на собственность. Он вовсе не ведет к инфляции, так же как снижение налогов не ведет автоматически к росту накоплений, к снижению ссудного процента и росту инвестиций. Это признано уже и неолиберальной школой экономистов.
Опять сошлемся на опыт США, хотя это не Швеция и не Норвегия, где налоги на корпорации достигали 80 % их дохода. В США еще в 1916 г. была принята 16-я поправка к конституции о введении прогрессивного подходного налога. Налоговый фонд следит за исполнением этого конституционного акта. Уже к 1980 г. 40 % совокупного личного дохода уходило на налоги. Крупные корпорации выплачивали до 70 % своих доходов, бедняки — 2–3 %. А в России только Примаков рискнул в марте 2005 г. предложить взимать с самых богатых 20 % их доходов. Всего 20 % с людей, которые шокируют весь мир своим мотовством: яхты за десятки миллионов долларов, виллы за миллионы, автомашины за полмиллиона (на Женевском салоне весны 2005 г. из десяти заказчиков таких автомашин трое — «дорогие россияне»).