Исраэль Шамир
КУЗНЕЧИКИ В ЯФФЕ
Название конференции — «сионизм как угроза миру» — может показаться преувеличением. Мне многие говорили об этом. Ближневосточная проблема — конечно, но угроза всему миру? Я был бы рад, если можно было бы говорить о сионизме как о нашей локальной проблеме. Но — не получается. Гулял я несколько дней назад по старому Иерусалиму и на римском кардо, в сердце города, увидел огромный, в человеческий рост, семисвечник чистого литого золота. Этот семисвечник, весящий не один десяток килограмм и, значит, стоящий не одну сотню тысяч долларов, был пожертвован украинским гражданином Вадимом Рабиновичем.
Плохо, что из бедной Украины выкачивают деньги, которые могли бы послужить украинцам, и перекачивают в богатую и процветающую страну. Но действительность куда хуже: семисвечник был пожертвован вашим Рабиновичем не в фонд озеленения Иерусалима, но подарен самой экстремистской и фундаменталистской еврейской организации, которая начертала на своих знаменах цель — разрушение иерусалимских мечетей и строительство на их месте иудейского храма. Этот семисвечник предназначен стоять на руинах мечетей. С тем же успехом Рабинович мог бы подарить роскошный надгробный памятник — живому человеку. Ведь его семисвечник — это надгробный памятник для миллионов живых людей, потому что разрушение мечетей приведет нас к страшной войне, которая наверняка охватит Ближний Восток, а затем и весь мир. Поэтому сионизм — действительно опасная угроза миру.
Особенно опасным его сделала приватизация. Если бы украинское народное хозяйство не было приватизировано, Рабинович не смог бы своим подарком приблизить региональную, а может, и мировую войну. Такая же приватизация прошла в России, и оттуда олигархи тоже понесли капиталы ЮКОСа, созданные трудом советских людей, к нам в Израиль. Если бы они же не приватизировали СМИ, люди могли бы узнать о грозящей им опасности. Недаром главный союзник и опора Израиля, Соединенные Штаты, требуют полной приватизации СМИ и всего народного достояния Руси.
Но в мае 2005-го выяснилось, что сионисты приватизировали не только нефтяные скважины, но и завоеванную страшной ценой победу наших отцов в Великой Отечественной войне. В то время как русские (уж простите меня, но я считаю украинцев и белорусов такими же русскими, как поморов и сибиряков) праздновали 60-летие Победы, президент Буш, тактичный, как всегда, поехал в Тбилиси и практически приравнял Советский Союз к нацистской Германии, когда осудил Рузвельта и Черчилля за их подпись под Ялтинским договором.
Эту мысль подхватили английские и американские газеты. Журнал «Экономист» (от 7 мая сего года) осудил вас за то, что вы не каетесь за грехи Советского Союза, за казни в Катыни, за зверства по отношению к мирному германскому населению, совершенные Красной армией во время похода на Берлин, за пакт Молотова-Риббентропа, то есть за воссоединение Западной Украины с Украиной Восточной. Германию журнал похвалил: она покаялась и построила новый мемориал холокоста в Берлине.
Если для нас и для всех советских людей главным в войне был героизм наших отцов, на Западе тема холокоста полностью заслонила и Сталинград, и Брест, и бои за Киев. Там господствует странный пересказ событий Второй мировой войны, в центре которого стоит судьба еврейского народа: Гитлеровцы решили, по их версии, уничтожить весь еврейский народ от мала до велика; для этого-то они и воевали со всем миром. А мир не заботился о судьбе евреев и хладнокровно взирал на их гибель. Тем не менее произошло чудо: казалось бы, погибшие евреи спаслись и создали свое государство. А с нашей, русской точки зрения, Советский Союз не «хладнокровно взирал», но обливался кровью своих лучших сынов; война шла не за и не из-за евреев, но Россия заслужила их вечную благодарность, поскольку спасла от верной гибели.
Хотя сионистский нарратив плохо согласуется с основными фактами истории, но его активно навязывают многие еврейские журналисты и владельцы СМИ в Америке, Европе, а сейчас и в России и на Украине. В еврейском рассказе, ставшем официальной версией на Западе, Советский Союз отсутствует, даже американцы в нем появляются скорее как свидетели гибели, нежели как освободители, а уж героическая роль целиком отдана создателям Израиля.