— Это пугает?
— Это заводит.
Она чуть улыбнулась, но не убрала руки. Её пальцы всё ещё лежали на его.
— Света… — он замолчал, подбирая слова. — Ты как глоток воздуха, когда задыхаешься. Не замена. Не ложь. Просто… напоминание, что я жив. Что во мне ещё что-то дышит.
Света застыла. Его пальцы скользнули по её руке.
— Мне надо идти, — сказала она резко и встала. Но не сразу шагнула прочь. Стояла, опустив глаза. — Вы опасны, Кирилл Романович.
Он смотрел ей вслед. Сердце билось странно — как в юности, когда не знал, что делать с эмоциями. «Я не должен был. Не так. Не с ней». Но слова уже прозвучали. Потому что он действительно задыхался. И потому что рядом с ней на миг стало легче.
— А вы — слишком светлая, Светлана, — выдохнул он почти себе под нос.
Она вышла, не обернувшись. В коридоре прислонилась к стене, закусив губу. Сердце билось в горле.
Потом Света присела на жёсткий диванчик, склонилась вперёд, локти опустила на колени, лицо уткнула в ладони. Ночной коридор за дверью был тих — разве что мониторы изредка пиликали по своим делам. А у неё в голове — как будто кто-то резко выкрутил громкость и размотал плёнку, которую она давно не хотела слушать.
«Что это было?» Его голос — тёплый, немного хриплый. «Ты… не замена. Ты как глоток воздуха. Напоминание, что я жив».
Она коснулась губ — будто проверяя, не сказано ли было больше, чем нужно. Слишком ли близко, слишком ли рано, слишком ли дерзко?
«Я знаю, что он не свободен. Видела Алину — и её силу, и её место в его жизни. Но когда он взял меня за руку»… - мысли крутились в голове. Это не была просто благодарность. Не пустой флирт. Там было… чувство. Или ей это только показалось?
«А если и правда чувство — какое? И как с этим быть?» Она не была дурой. Она видела — в нём всё ещё живо это «дом» по имени Алина. Но там, в этом доме, как он сам сказал… ему стало тесно. Или одиноко?
«И я — просто огонёк в коридоре, когда он ищет выход? Или что-то большее?..» Она не знала. Но знала одно — прикосновение его руки вызвало в ней желание. Простое, телесное. И куда более страшное — желание остаться рядом, несмотря на все сомнения и неизвестность.
**
19 июня, пятница.
Кирилл спал беспокойно, когда раздался шорох. Он моргнул, приподнялся на подушке. В дверях стояла Алина — с кружкой ягодного чая в одной руке и папкой в другой. Улыбалась.
— Разбудила?
— Да нет… — голос у него был охрипшим. — Ты — лучшее, что может меня будить.
Она подошла, поставила чай на тумбочку, наклонилась, поцеловала. Села рядом, чуть коснулась его плеча.
— Новости есть. Только держись, ладно?
Он насторожился.
— Что-то с работой?
— Нет. Наоборот. С тобой. — Она улыбнулась шире. — Через два дня тебя выписывают. Врачи уже оформили бумаги, осталось пару анализов — и домой.
Кирилл на секунду завис, будто не поверил.
— Серьёзно?
— Абсолютно. Даже спорили, стоит ли раньше — но решили дать тебе добраться до кондиции. Так что — два дня.
— Это не рано – две недели? — он прищурился. — Моё состояние всё ещё не идеально...
— Врачи считают, что дальше лечиться безопаснее дома, — мягко ответила она. — Но с одним условием: ты должен обещать беречь себя, не перегружаться и строго соблюдать рекомендации.
— Обещаю, — кивнул он.
Он прикрыл глаза и выдохнул. Медленно, тяжело.
— Я так устал от этой палаты, от капельниц… Если бы ты знала, как я мечтаю оказаться в своей постели. Нет, — он посмотрел на неё, — в нашей постели. С тобой. Просто... быть рядом. Без врачей. Без шума. Только ты и я.
Алина мягко улыбнулась, взяла его за руку.
— Осталось совсем немного, Кир. Потерпи ещё чуть-чуть. А потом — всё будет. Я обещаю.
Он сжал её пальцы. Но в голове — вспыхнуло другое прикосновение. Тонкие, лёгкие пальцы. Света.
Алина взглянула на часы.
— Мне пора. На работе завал, и без тебя всё разваливается. Хотя держатся — но с трудом.