— Никита! — восклицает она, стуча по его плечу. — Дурак, отпусти! Что ты делаешь?!
Он ставит её на землю, но не отпускает. Его ладони обжигают сквозь тонкую ткань куртки. Он медленно, лениво скользит взглядом по её лицу.
— Захотелось. А я, знаешь ли, делаю то, что мне хочется.
Она отступает, но не сразу. Глаза — колючие, но с блеском. И сердце бешено колотится.
— Ты себя вообще контролируешь?
— С тобой? Зачем? Контролировать — скучно. Ты же знаешь.
Он приближается ещё на полшага. Между ними почти не осталось воздуха.
— Иногда мне кажется, ты хочешь, чтобы я нарушал границы, — шепчет он. — Хочешь, чтобы кто-то был слишком близко. Слишком честным. Слишком реальным.
Она прикусывает губу, отводит взгляд.
— Кстати… Пятница. У тебя есть планы?
Алина чуть морщит нос. Пауза. Потом — небрежно:
— Да. Мы с Кириллом и Артёмом идём в клуб. Немного развеяться.
— Ммм…Хотел позвать тебя...Ну хоть не в «Сайлент Хилл» идёте? Там музыка как из ада.
— Нет, мы в Лаби....ну, не важно.
Никита хищно улыбается:
— О, спасибо за наводку, теперь знаю, где в пятницу будет центр Вселенной.
— Никита, не смей…
— А что такого? Я люблю музыку, алкоголь и красивых, очень упрямых девушек. Особенно таких, что делают вид, будто не ждут меня.
— Я не жду.
— Конечно, нет. — Он мягко касается кончиками пальцев её запястья. — Но ты дрожишь.
Она вырывает руку.
— Не бойся, я не приду. Обещаю. Или не обещаю... кто знает, может судьба ещё раз «случайно» сведёт нас.
Алина закатывает глаза. Никита смеется.
— Подвезти?
— Конечно нет.
Он кивает ей, разворачивается, надевает шлем.
— Увидимся, прекрасная.
Мотор взрывается гулом. Он уезжает, оставляя за собой запах бензина, ветра и аромат чего-то тревожного, возбуждающего. Алина остаётся одна. Сердце всё ещё колотится. Пальцы дрожат. И озеро — снова тихое.
Глава 19.
2 апреля, пятница.
Ночной воздух был липким от грозового электричества — город будто знал, что этой ночью случится что-то не по сценарию. Машина такси остановилась у клуба «Лабиринт».
Снаружи — очередь, неон, музыка, пробивающаяся сквозь стены, будто бьёт в грудную клетку ритмом, который синхронизируется с сердцем. Алина выходит первой. Взгляд цепляется за вывеску — изломанная, как пазл. И почему-то это кажется символичным.
На ней короткое чёрное платье, чуть свисающее с плеча. Блестит кожа. Волосы — в лёгкой небрежности, как после бури. Макияж — ярче обычного. Она улыбается, но внутри как будто дрожит. Не от холода.
Кирилл помогает ей выйти, подаёт руку. Он в расстёгнутой рубашке, и темных брюках. Легкая небрежность с его стороны — тоже знак. Артём выходит из машины последним. Чёрная футболка, тёмные джинсы. Взгляд цепкий, напряжённый. Он наблюдает. Всегда наблюдает.
— Ну что, мафия, — усмехается Кирилл. — Пошумим?
Их встречает музыка. Тело мгновенно подхватывает вибрацию. Свет в клубе скачет, цвета сменяются — алый, синий, фиолетовый, зелёный. Люди — как волны, то сближаются, то размываются.
Расположились за столиком. Алина не долго думая оказывается в центре танцпола. Сначала — одна. Ритм входит в тело, она начинает двигаться. Плавно, но уверенно. Танец словно вырывает из неё всё напряжение последних недель. Она чувствует взгляды. Мужские, женские. Её видят. Её хотят. Но в её поле — только двое.
Кирилл появляется первым. Он танцует рядом, не касаясь, но каждое его движение — приглашение. Взгляд цепляется за неё, скользит по телу, как по огненному силуэту. Его шаги мягкие, но настойчивые, он приближается, улавливая её ритм, дыхание. Тонкие пальцы касаются её руки — будто невзначай, но намеренно. Алина отвечает улыбкой, в которой — вызов.
Потом появляется Артём. Медленно. Молча. Из тьмы и музыки. Он подходит сзади, и её дыхание перехватывает ещё до того, как она ощущает его руки. Его ладони ложатся на её талию — властно, будто именно здесь она и должна быть. Он притягивает её к себе, и их тела сливаются в медленном, опасно интимном движении.