Он молчит, смотрит куда-то поверх толпы. На Алину. Она с кем-то говорит у бара. Слишком близко. Слишком долго.
Света замечает, как его плечи едва заметно напрягаются. Улыбается.
— Потанцуем? — шепчет, чуть касаясь его пальцев на столешнице.
Он смотрит на её руку. На бокал. Потом — снова на Алину.
— Ладно, — коротко, отрывисто. — Один танец.
Музыка громкая, свет рвётся на куски. Они двигаются близко — слишком близко. Света касается его груди, руки на его шее, движения текут по памяти тела. Но он — как будто не здесь. Его глаза скользят сквозь неё, за её спиной, туда — где Алина.
— Я давно наблюдаю за вами, — говорит Света. — За вашим треугольником. Вы горячие. Обжигающие. Я просто захотела… немного погреться.
Он переводит взгляд на неё:
— Наш огонь — не для чужих рук.
Она хмыкает.
— А ты верный. Слишком. Такие как ты — исчезающий вид. А жаль.
Пауза. Она пытается поймать его взгляд. Прочитать. Размягчить.
— Я Света. Как твое имя?
— Артём.
— Ты красивый, даже очень.
— Я знаю, — без улыбки.
Света чуть отстраняется. Уже не так смело. В её глазах — то ли игра, то ли разочарование.
— Она — твоя слабость, да? — тихо.
— Она — моя ответственность. — ещё тише. Почти рычание.
Музыка заканчивается. Он отходит от неё первым. Без слов.
Артем берёт бокал, делает глоток, не садясь. Спиной ощущает, как за ним следит Света.
Кирилл, подходя, хлопает его по плечу.
— Ну, ты даёшь. Знаешь с кем ты там отплясывал?
Артём молчит.
— Это же Света. Та самая. С которой я… в больничке...ну, ты понял.
Артём поворачивает голову. Смотрит на Кирилла — медленно. Без шока, без резких движений. Но в глазах — всё. Лёд. Оценка. Ярость. Сдержанность.
— Ты серьёзно?
Кирилл разводит руками.
— Это было один раз, я же говорил.
Артём подаётся вперёд, опирается на стол, голос понижается:
— А что ты к ней чувствуешь?
Кирилл хмыкает. Не сразу отвечает. Но потом — чётко:
— Ничего.
— Точно?
— Точно, черт. Я люблю Алину. На этом всё.
Молчание. Артём смотрит на него ещё пару секунд. Потом выпрямляется. Медленно. Плечи расслабляются, но взгляд — нет.
— Тогда не вздумай делать ей больно. Ни Светой. Ни кем-то ещё. Она — наша девочка. Понял? Ее обида на нас еще свежа, она будет носить в себе это до конца дней.
Кирилл кивает. Почти сразу. Серьёзно.
— Понял. Обещаю.
И тут их взгляды одновременно устремляются в сторону бара, где Алина наконец поворачивается, ища их глазами.
Алина возвращается к столику. Медленно. Слишком медленно, чтобы не вызвать вопросов. Но на лице — спокойствие. Почти.
Артём встаёт, встречая её взглядом.
— Всё в порядке? — голос тихий, но цепкий. Он уже что-то понял.
Алина чуть улыбается, опуская глаза.
— Да. Просто парень....
Пожала плечами.
— Перекинулись парой слов… ни о чём.
Взгляд — невинный. Почти правдивый. Почти.
Кирилл поднимает брови. Слегка.
— Странно. Между вами что-то было. Напряжение. Или мне показалось?
Алина смотрит прямо на него.
— Показалось. — И добавляет, немного дерзко. — Может, вы слишком внимательно смотрите? Забыли, мы сегодня отдыхаем и даже флиртуем. Расслабьтесь, мальчики.
Артём не смеётся. Он не шутит. Он видит. И всё равно тянется к ней. Целует в губы — медленно, как будто хочет стереть чужой след. Кирилл подходит с другой стороны и берёт её за руку. Касается запястья, мягко, как будто проверяет — не дрожит ли.
— Кир, покурим? Али...? - Артем посмотрел ей в глаза.
— Идите и не волнуйтесь, никуда не уйду.
Ребята ушли. Алина развалилась на диванчике.
**
Артём и Кирилл, как две тени, растворились у дверей клуба, отправившись покурить. Никита следил за ними взглядом, будто считывая их каждый шаг, и, как только они исчезли из поля зрения, повернулся к друзьям с лукавой усмешкой: