Света смотрит на неё. Бледнеет.
— Ты следил за ней?
— Я изучал. — Голос мягкий, почти заботливый. — Чтобы понять, как уберечь. Или… кого остановить.
Он берёт папку, аккуратно кладёт её рядом с монитором. Затем поворачивается к Свете, кладёт руки на подлокотники её кресла, склонившись близко:
— Всё зависит от неё, понимаешь? Если она сделает правильный выбор — я отпущу. И её. И себя.
— А если нет?
Он улыбается.
— Тогда они узнают, что такое любовь, которую не прощают.
Глава 22.
Спальня. Лёгкий полумрак. На прикроватной тумбе — тёплый свет лампы, свеча. Алина лежит на животе, лицо — в подушку, наушники в ушах, играет спокойная музыка. Она в футболке Артёма, волосы распущены. Из других комнат доносится негромкий звук воды — Артём принимает душ или что-то делает на кухне.
Пик. Экран телефона загорается. Алина чуть приподнимает голову, тянется за телефоном.
Никита. Сначала — короткое сообщение:
«Ты заслуживаешь знать правду.
Не от меня — от него. Но раз он молчит...»
Затем — вложения.
-
Фото — кадр с видеокамеры у отеля. Кирилл и Света выходят вместе. На ней его пиджак.
-
Видео — они за столиком, он прикасается к ее руке, тихонько сжимает. Пересаживается ближе. Обнимает. Гладит.
-
И ещё одно фото — уже возле подъезда. Кирилл и Света целуются.
Последняя надпись Никиты:
«Он не такой, как ты думаешь. Смотри сама.»
Алина замирает. Сердце будто сжали. В ушах — уже не музыка, а звон. Она выдёргивает наушники. Дыхание учащается. Пальцы дрожат, она пролистывает фото снова и снова. Смотрит, как он гладит Свету по спине, как нежно смотрит на неё. Как целует.
Мысли наперебой. «Нет. Это монтаж. Это… не может быть. А если это правда? Если всё так и было... А сейчас он где? Он задерживается. Была встрече по работе. Но что-то очень долго. А точно ли был на встрече или было две встречи?»
Щелчок. Звук ворот. Машина. Свет фар под окном. Кирилл. Она слышит, как хлопает дверь, знакомые шаги. Алина садится на кровати. Лицо — белое, губы приоткрыты, взгляд пустой. Телефон сжимает в руках, как оружие. В груди всё стягивает — от боли, от недоверия, от ужаса, что, может быть, всё это — правда.
Кирилл входит в спальню. Он выглядит уставшим: расстёгивает верхнюю пуговицу рубашки, скидывает пиджак на стул, зевает. Тот самый пиджак, что она видела на плечах Светы на фотографии.
— Устал как собака. Честное слово. Эта встреча… высосала всё.
Останавливается. Смотрит на Алину. Она сидит на кровати, скрестив руки на груди, бледная, напряжённая. Телефон — в руке, будто приклеился.
— Детка, всё в порядке?
Она молчит. Несколько секунд — только тишина и их взгляды. Потом она с трудом выдыхает:
— Ты правда был на встрече?
Он хмурится, подходит ближе.
— Конечно. А в чём дело?
Алина медленно поднимает глаза.
— А перед этим или после? Где был?
Голос тихий, будто боится услышать ответ.
Кирилл садится рядом, осторожно.
— Алин, ты меня пугаешь. Что случилось?
Она сжимает телефон сильнее. Дыхание сбивается. Губы дрожат. Она не может выговорить. Слёзы подступают, и она вдруг резко отворачивается, зажав лицо руками.
— Просто скажи… ты был с ней?
Он в замешательстве.
— С кем? Алина, я не понимаю… Кто «она»?
Входит Артём.
— О, ты вернулся. Мы думали, ты застрял где-то. Мы без тебя не садились…
Останавливается, чувствуя атмосферу.
— Что-то случилось?
Алина резко поднимается, как будто срывается.
— Покажи мне свой день. Где ты был, Кирилл? Где ты был всё это время?
— На встрече! С клиентом. Мы обсуждали презентацию на понедельник, я же говорил…
— А гостиница? А поцелуи?
Срывается, плачет.
Артем переводит взгляд на Кирилла. Потом на Алину:
— Эй. Тихо. Что это вообще за бред?