– Ты у нас сразу в струю попала, – сказала она, ставя перед Алиной кружку, как дипломат перед сделкой. – Поверь, это редкость. Особенно с Артемом Владимировичем…
– С ним что-то не так? – спросила Алина, ровным тоном, но чуть склонив голову – как будто случайный интерес.
– Да с ним все в порядке. Просто… он как затмение: когда появляется – все замирают. Холодный, четкий, ни на кого не рассчитывает, кроме себя. Ни с кем особо не сближается. Да и нафиг надо – все равно потом обожжешься. Хотя года 2 назад, он был совсем другим…
– А Кирилл? – мягко поинтересовалась Алина.
– А Кирилл – наш офисный луч солнца. – Марина мечтательно закатила глаза. – Ироничный, улыбчивый, всем интересуется. Даже шутит, когда Артем мимо проходит. Люди у нас говорят: если бы не он – никто бы не выдержал Ярова. Они ведь как лед и пламя, эти двое.
Алина слушала, делая вид, что не слишком вникает. Но впитывала все. Информация, собранная между делом, стоила дорого. Особенно если хочешь остаться.
После обеда она зашла к Кириллу по вопросу презентации, но разговор, как водится, быстро соскользнул в более легкую плоскость.
– Как ты себя ощущаешь? – спросил он, откинувшись на кресло и переплел пальцы. – Вливаешься?
– Почти, – усмехнулась Алина. – Атмосфера… насыщенная. Марина уже успела выдать досье на всех – от топов до уборщиц.
– А мне она что приписала?
– Луч света в холодном офисе. Спаситель женских сердец. И поставщик кофе в кризисные моменты.
– Хм, не самое худшее резюме, – рассмеялся он. – Хотя иногда я и кружки метко кидаю.
Алина усмехнулась.
– Говорят, вы слишком дружелюбны для корпоративного хищника. Это настораживает.
– Это не я – это обаяние. Его не выключить.
– Ну, хорошо, что я предупреждена, – с прищуром ответила она. – Теперь смогу держать дистанцию.
– Не держи слишком сильно, – сказал он серьезнее, – я правда хочу, чтобы тебе здесь было комфортно. Если что – говори сразу. Мы за прозрачность.
Алина кивнула. И на секунду почувствовала ту самую легкость, которую невозможно подделать. С Кириллом все было просто. С ним не хотелось защищаться.
Но стоило выйти из кабинета – и ее взгляд случайно столкнулся с Артемом. Он проходил мимо. Ни слова. Только взгляд. Резкий. Отсекал. Словно молча говорил: «Я тебя вижу. И мне это не нравится».
И внутри у нее снова натянулась струна. Он не кричал. Он не давил. Но с каждым днем – будто натягивал вокруг нее невидимую сетку. Проверял, вынесет ли.
А она – выносила. Потому что не собиралась уходить. И потому что, как ни страшно было это признать – он становился самым интересным испытанием.
**
Теплый пар обволакивал ванную, мягко оседая на зеркале. Свет был приглушенным – только свеча на полке мерцала живым янтарным пламенем. В воздухе – запах жасмина и лаванды, чуть терпкий, густой, как вечерний мед.
Алина лежала в воде, полузакрыв глаза. Пена почти скрывала ее тело, оставляя на поверхности только тонкую линию плеч, чуть покачивающуюся в ритме дыхания. Волосы собраны в небрежный пучок, щеки чуть порозовели от тепла – она наконец позволила себе остановиться. Без мыслей, без контроля, без сдержанности.
В телефоне, прислоненном к деревянной подставке, зазвучал голос Леры – звонкий, живой, будто пронесшийся сквозь экран прямо в пар:
– Ну что, бизнес-леди, ты там не утонула от стресса?
– Пока держусь на плаву, – улыбнулась Алина, закрыв глаза. – Сегодня Артем снова смотрел на меня, как будто я забыла сдать налоговую декларацию за весь офис.
– О, мой любимый ледяной князь. Прямо чувствую, как его взгляд замораживает атмосферу. А Кирилл? Все еще приносит кофе с глазами кота из «Шрека»?
– Принес чай с бергамотом и печенье в форме медвежат. Я уже почти влюблена.
– Медвежат, говоришь? Боже, где он таких берет? Я теперь тоже хочу кого-нибудь, кто будет носить мне печенье и смотреть с обожанием.
– А ты как? – Алина потянулась, вода мягко плеснула. – Что у тебя нового? Как твой этот… как его? Брутальный стоматолог?
– Ммм… он оказался женат. Но это не мешает ему писать мне, что скучает.
– Классика. А ты?
– А я удалила его номер и пошла покупать себе новые туфли. Белые, с золотой пряжкой. Для особых случаев. Например – чтобы прийти и унизить всех бывших.
Алина рассмеялась, мягко, чуть лениво.
– Ты, как всегда, прекрасна.
– Я знаю, дорогая. А ты?
– Я… почти тоже. Знаешь, странное ощущение. Вроде бы тяжело. Но интересно. Словно я впервые за долгое время там, где должна быть. Пусть и не уверена, как это выдержать.
– Али, ты выдержишь. Ты всегда выдерживаешь. А потом еще и светишься, будто не в аду побывала, а на Мальдивах.