– Хм. Я бы не отказалась от Мальдив. Или хотя бы от выходного.
– О, давай! Устроим себе маленький шопинг-тур на выходных? – Я бронирую ресторан, ты выгуливаешь свои новые шпильки. Откроем сезон любви и устриц!
– Уговорила. Только не устрицы. Лучше эклеры. Ванильные.
– Договорились. Только обещай, что не будешь думать об этом Артеме хотя бы в субботу.
– Не обещаю, – тихо сказала Алина. – Но попробую.
Они еще немного посмеялись, потом простились, и Алина осталась одна в тихой воде, где все было мягким, плавным и беззащитным. Впервые за день – без взгляда, без напряжения. Только она, пар, свеча. И сердце, которое стучало тише, но все еще неравномерно – где-то между памятью о прикосновении и предчувствием будущего.
Глава 10.
18 сентября, четверг.
– Артем Владимирович опять в своем бункере, – театральным шепотом выдала Марина, склоняясь к Алине, будто делилась военной тайной. – Утро только началось, а он уже наверняка кого-то виртуозно распял через почту.
Алина лишь слегка приподняла уголки губ. У нее было достаточно дел, чтобы не поддаваться офисным страхам – но каждый раз, когда кто-то произносил «Артем Владимирович», будто невидимая струна натягивалась внутри.
С самого первого дня он держал ее на дистанции. Ни улыбки. Ни вопроса. Ни одобрения. Только короткие замечания и взгляд – точно скальпель. Отделить. Отрезать. Протестировать.
Обычно он наверху – вне суеты. Почти не появляется в общем пространстве. Но в тот день
он явился. Без видимого повода. И этого хватило, чтобы сбить ритм.
Артем Яров, всегда скрытый за дверью своего кабинета, появился в общем зале на втором этаже – и мир, казалось, на мгновение замер. Его шаги были точными, уверенными. Строгий костюм, спокойное лицо, глаза цвета графита. Она почувствовала его появление, как жар под кожей. Спина невольно напряглась.
– Ого… Вспомни черта – и он тут, – пробормотала Марина, делая вид, что пьет кофе, хотя на самом деле следила за каждым движением Артема. – Виделa бы ты себя сейчас: спина как струна, пальцы в кулак… Тебя он, похоже, заряжает похлеще эспрессо.
Артем остановился. Рядом. Воздух стал гуще. Алина не подняла головы, но знала – он смотрит.
– Вам что-то нужно? – ее голос прозвучал ровно, даже немного отстраненно.
– Пока нет, – ответил он спокойно. – Просто наблюдаю, как вы входите в курс.
Она оторвалась от экрана и встретила его взгляд. Без дрожи. Без «подыгрывания». Просто – честно.
– Вхожу быстро. Я умею работать.
Он задержался на долю секунды. Что-то мелькнуло в его лице. Признание? Раздражение? Призрачное восхищение, которое он тут же спрятал?
– Надеюсь, – коротко бросил он и ушел.
Марина замерла с открытым ртом.
– Он. С тобой. Заговорил. И даже просто говорил! Да ты теперь официально полноправный член этого зоопарка. Я тобой горжусь.
Алина улыбнулась, но не ответила. В груди отдавалось странное напряжение как-будто кто-то включил тихую музыку на фоне мыслей. Она не стремилась привлечь его. Но его молчаливое внимание ощущалось – как холодный ток. Не видно. Но каждая клетка реагирует.
**
Артем поднимался по лестнице обратно, сжимая зубы.
Он не хотел останавливаться. Не хотел смотреть. Но она – бросалась в глаза, даже когда молчала. Эта ее сосредоточенность, ровный голос, прямой взгляд – все было неправильно. И слишком… верно.
Алина Стройнова. Точка напряжения. Воплощенный вызов. Он чувствовал, как она занимает в его голове все больше места. Впивается. Оставляет след. Артем не верил в случайности. Но все внутри него подсказывало: она здесь не просто так. И это – раздражало. Как заноза, глубоко под кожей. Не видно. Не трогает. Пока не начнешь двигаться.
**
В столовой на втором этаже было оживленно: столы сдвинуты ближе, запах горячей еды, смех и перебрасывание шуток через стол. Алина сидела с тремя коллегами – Игорем из аналитики, Мирой из маркетинга и Мариной, которая, как всегда, успела всех обогнать и занять место напротив.
– Алина, ты как будто здесь уже полгода, – сказала Мира, подливая себе чай. – Такое ощущение, что ты всегда с нами была. Даже шутишь в том же ритме.
– Или мы просто очень хорошо адаптируем, – вставил Игорь, лениво перемешивая пасту. – Корпоративный спецназ.
– Ага, адаптируем всех, кроме Артема Владимировича, – скривилась Марина. – Он точно из мрамора. Или из морозильной камеры.