Артем – рядом с ней, сбоку, почти нависая – не давя, но окружая. Его рука – на ее. Теплая, почти дрожащая, как будто от страха, что вот-вот она снова исчезнет.
Он не замолкал. Ни на секунду. Не вслух – шепотом. К ней. Только к ней.
– Прости. Прости, Алина…
– Я не могу без тебя.
– Я думал, что все потеряно.
– Я клянусь, я не предавал. Я не мог.
– Только ты. Только ты.
– Я люблю тебя.
– Господи, как же я тебя люблю…
Алина не отвечала. Ее голова – у него на плече. Глаза – в стекло. В дождь. В отражения фар, что тают, будто их никогда и не было. Но она не отстранялась. Не убирала руку. Не сбрасывала плед. Просто… молчала. И слушала.
В зеркале заднего вида – глаза Кирилла. Красные. Уставшие. Он ехал молча, но сердце у него било, как пуля о броню. Потому что они вернули ее. Пусть еще не до конца. Пусть пока только телом. Но душа рядом.
Когда они подъехали, Артем помог Алине выйти, прикрыв ее от ветра.
Она держалась за его ладонь. Едва. Но держалась. И только это – спасало его от безумия.
Квартира Кирилла встретила их полумраком и тишиной. Он первым зашел и включил свет в коридоре, сразу же повернувшись к Алине:
– Разувайся. И сразу в ванну. Ты вся промокла и ледяная.
Артем уже направился в ванную, не спрашивая. Зажег свет, открыл кран. Наполнил воду почти до краев, добавил немного геля – теплый, сандаловый, густой аромат начал наполнять квартиру.
Алина стояла в коридоре, растерянная. Куртку Артема сняли с нее, аккуратно, как с фарфоровой куклы, потом пальто. Кирилл обнял сзади, осторожно поцеловал в висок:
– Ты дома. Все хорошо. Мы рядом. Мы с тобой.
Артем выглянул из ванной:
– Вода идеальная. Иди. Я принесу тебе сухую одежду.
Она не спорила. Не говорила ничего. Только молча кивнула. Когда через минуту захлопнулась дверь в ванную, мужчины переглянулись.
– Она на грани, – прошептал Артем.
– Но она с нами, – ответил Кирилл.
Кирилл направился на кухню, открыл шкаф, достал крепкий «Martell».
Артем вскипятил воду. Через несколько минут в кружках дымился крепкий кофе с ложкой коньяка – для нее.
В гостиной уже лежал мягкий плед, на диване – сухая одежда: удобные домашние штаны, толстовка Кирилла, носки. Все – чистое, свежее, хлопковое. Уютное. Тепло.
Все – как забота.
Когда Алина вышла из ванной, завернутая в полотенце, она была бледной. Волосы мокрые, собранные в узел. Лицо – спокойное, но с опустошенными глазами. Ей не нужно было говорить – она все еще переваривала. Артем подал кружку.
– Сладкий. С каплей коньяка. Чтобы ты согрелась.
Она взяла. Руки дрожали. Кирилл аккуратно провел ее в гостиную. Усадил. Накрыл пледом. Присел рядом. Артем – напротив. Молчали. Минуту. Две.
Потом Алина заговорила сама:
– Я… не знаю, как это все выдержать. Я не знала, что можно почувствовать себя такой… раздавленной.
– Мы знаем, – тихо сказал Кирилл. – Мы рядом, потому что это – и наша боль тоже.
– Я боюсь, что мне не хватит воздуха.
Артем сжал ее руку:
– Мы – твой воздух. Дыши нами.
Она посмотрела на него. На Кирилла. И только тогда – впервые за день – в ее глазах появился свет.
– Расскажите. Все. По-правде. Как было. Ничего не утаивайте, даже если это…даже если будет больно – я хочу знать.
Артем рассказал. О том, как открыл дверь, даже не зная, кого ждал. Как он боролся с собой.
Как Настя легла в ванну. Как он ушел. Как она подстроила все. Как обнаружил ее утром рядом и был шокирован, и что она ему сказала. Что он не помнит всех деталей, но уверен, что тело может быть пьяным, а сердце – никогда.
– Я был одет, когда проснулся, – и это …это говорит о том, что ничего не было. Не было, понимаешь. Я во сне обнимал тебя, девочка моя…только тебя….
Алина слушала. Молча. Иногда отводила взгляд. Иногда сжимала кружку, как спасательный круг. И только в самом конце – выдохнула.
– Я все еще боюсь. Боюсь потерять кого-то из вас.
– Мы тоже не хотим тебя потерять, – сказал Артем. – Но мы не отпустим.
– Никогда, – добавил Кирилл.
И тогда она прижалась к ним. Оба прижались к ней. И в этой тишине, среди запаха коньяка, кофе и теплой воды – началось возвращение.
Глава 43.
27 октября, понедельник.
Запах кофе разлегся в воздухе, как утешение. На кухне тихо шуршали приборы, звучали глухие шаги. Кирилл, одетый в светло – зеленую футболку и спортивные штаны, молча наливал воду в чайник. Он был сосредоточен, аккуратен – как будто пытался не потревожить хрупкое равновесие, которое вернулось в этот дом только ночью.
Спальня. Артем лежал, прижимая Алину к себе. Его пальцы гладили ее спину – медленно, осторожно, будто боялся потревожить ее дыхание. Она только начинала просыпаться. Глаза еще не открыты, но ее тело – уже чувствовало его ладонь, его дыхание, его тепло.