– Более чем. Но пойми: это не будет легко. Артем не простит мое решение в обход ему. Тебе будет непросто.
Алина долго смотрела на него. Где-то внутри все спорило. Но вдруг – стала тишина.
– Я рискну.
– Начнешь с понедельника. До корпоратива – почти неделя. Артем как раз вернется только в пятницу – он в отъезде. Веди себя как мышка, вливайся в коллектив потихоньку.
– Справлюсь, – тихо сказала она.
И впервые – без внутреннего «наверное».
Глава 6.
12 сентября, пятница.
Неделя пролетела, как в затяжном беге: регистрация, адаптация, отчеты, новые лица, короткие встречи – и снова цифры, цифры, цифры. Алина работала молча, сосредоточенно. Почти незаметно – и в этом было спасение. Артем все это время был в командировке, и его отсутствие стало тайной передышкой. Она чувствовала: вернись он в офис – и каждый ее шаг обострился бы до предела.
Кирилл держал слово. Помогал – мягко, почти незаметно. Иногда приходил, молча оставлял кофе у ее компьютера. Иногда подкидывал задачку – как будто проверяя, но без давления. В его взгляде не было сомнения. Только поддержка.
Пятничный вечер выдался ярким – компания отмечала успешный запуск новой платформы. Празднование проходило в «Дельта Холле» – просторном здании в глубине комплекса, с панорамными окнами, сценой и залом, рассчитанным на весь офис. Музыка переливалась фоном, вино разливалось тонкой струйкой по бокалам, смеялись коллеги. Все казалось праздничным, почти легким.
Алина пришла, как и решила – скромно. Темно-синее платье, тонкое, струящееся. Волосы распущены, макияж – легкий, почти невидимый. На ней не было украшений. Только взгляд – собранный, но спокойный.
Она стояла у одного из высоких столиков, с бокалом белого, стараясь быть фоном, не центром.
И тут – как удар в грудь. Глаза. Черные, острые. Взгляд – прямой, прожигающий. Артем.
Он стоял чуть поодаль, у стены, с бокалом виски. Его лицо застыло. В нем было все: шок, злость, и – вопрос. Один. Жесткий. Немой. Он подошел медленно, шаг за шагом, будто подавляя гнев в каждом движении.
– Что вы здесь делаете? – его голос был тихим. Но в этой тишине – сталь.
Алина не отвела взгляда. Сделала неторопливый глоток и только потом ответила:
– Работаю. Уже неделю.
Он замер.
– Что?
– Я получила предложение от Кирилла Романовича, – спокойно ответила Алина. – И согласилась.
Словно что-то в его груди хрустнуло. Он посмотрел на нее, будто впервые.
– Это… какая-то шутка?
– Нет. Вы, возможно, просто кое-что упустили из виду, Артем Владимирович.
В ее голосе не было вызова. Только спокойная, непрошибаемая уверенность. Он сжал бокал. Пальцы побелели.
– Не волнуйтесь. Я справлюсь, – добавила она. И тонкая полуулыбка в ее голосе оказалась куда опаснее любого вызова.
В его взгляде смешались эмоции: гнев, подозрение, и – невыносимое раздражение от собственного бессилия. А в этот момент в зал вошел Кирилл. Он сразу уловил напряжённость — воздух здесь был натянут, как струна. Его брови едва заметно дрогнули. Артем повернулся к нему.
– Выйдем, – коротко рявкнул он.
Кирилл только кивнул. Бросил на Алину взгляд – внимательный, но ободряющий. Подмигнул и вышел вместе с другом.
**
На улице было прохладно. Курительная зона за «Дельта Холлом» освещалась мягким светом фонарей. В воздухе висел запах табака и сырой осени. Кончики сигарет у Артема и Кирилла вспыхнули, как два крошечных маяка в густом воздухе.
– Ты правда это сделал? – негромко бросил Артем . – Взял ее?
– Взял.
– Без обсуждения.
– Она справляется. И ты знаешь, я бы не взял абы кого.
– Ты даже не знаешь ее.
– А ты знаешь? – спокойно парировал Кирилл.
Артем отвел взгляд.
– Я видел достаточно.
– Вот именно. Видел. Но не знаешь.
– У нее… что-то есть. Не то. – Он резко затянулся. – Слишком уверенная. Слишком спокойная. Дерзкая. Как будто пришла и уже знает, куда идет. Таких я не люблю.
– Или ты просто не привык, что тебя не боятся?
Артем усмехнулся – без веселья.
– Она будет отвлекать. Уже отвлекает. И тебя, я смотрю, в первую очередь.
– Я хотя бы не путаю неприязнь с угрозой. А ты?
Артем не ответил сразу. Дым в его пальцах колыхался, будто передавал его напряжение. Он не мог объяснить, что в ней его тревожило. Но знал: она другая. Слишком настоящая. А настоящее – обжигает.
– Я не могу ей доверять, – выдохнул он. – Слишком легко ломает чужие границы. Даже не замечает.