Алина уже знает, кого он ищет – Настю. И да – она здесь. Возле барной стойки. В алом. С бокалом и яркой улыбкой. Следит. Смотрит. Выжидает.
«Попалась» – думает Кирилл. Он делает вид, что просто наслаждается вечером, а внутри – четкий план, и каждый из них в роли.
Он наклоняется к Алине:
– Все, что дальше – ради нас. Потерпи. Доверяешь?
Она смотрит в глаза, в которых – уверенность и… забота.
– Доверяю.
Кивок. Кирилл выпрямляется и коротким движением подает знак Артему.
Артем понимает без слов. Встает, берет Таню за руку.
– Пошли. Музыка для нас.
На танцполе как раз начинается медленная композиция. Свет тускнеет. Басы затихают.
Артем нежно обнимает Таню – одной рукой за талию, второй скользит вдоль позвоночника до самых ягодиц, бессовестно сжимая их. Они раскачиваются в ритм музыки. Таня прижимается к нему, руки обвивают шею. Она тянется к его губам – целует его, смело, чувственно. А он отвечает. Без сомнений. Глубоко, по-настоящему, так, как не играют. Таня смеется, запрокидывая голову, пока они дальше двигаются в такт музыке. Ее пальцы гладят затылок Артема.
– Господи, ты такой классный. Такой….
Артем с усмешкой скользит рукой по ее спине, чуть крепче прижимая к себе.
– Какой?
Таня смотрит ему в глаза, зрачки расширены, дыхание учащено.
– Опасный. Сдержанный. Манящий…
Артем смотрит на ее губы, на блеск глаз, на каждый изгиб.
– Только не влюбляйся, пожалуйста.
Таня шепчет:
– Кажется, я уже хочу тебя.
Она касается его щеки, скользит пальцами к шее, будто хочет запомнить его на ощупь.
– Ты не просто красивый, Артем. Ты как… концентрат желания. Слишком много – и хочется еще.
Артем хрипло усмехается, в голосе – усталость и что-то почти нежное:
– Осторожней. А то растворишься.
Таня прижимается крепче, не в силах отпустить:
– И пусть. Если в тебе – раствориться приятно.
Он на секунду замирает. Вдох. И медленно наклоняется, целуя ее. Не спеша, глубоко.
Артем, не отпуская, говорит у самого уха:
– Ты впечатлительная. Но не забывай, сегодня мы просто играем в настоящую любовь. Потом рассчитаемся и, возможно, больше никогда не увидимся.
Таня закрывает глаза, ее губы дрожат:
– Это жутко печально, Артем. Я бы не хотела расстаться так, чтобы больше никогда не встретиться.
– Мое сердце занято, тебе же Кирилл сказал?
Она медлит, но кивает.
– Но ты порой даешь об этом забыть.
Алина резко напрягается. Плечи поднимаются, дыхание сбивается. Ее взгляд прикован к танцполу – к ним. Кирилл рядом. Он мягко, двумя пальцами поворачивает ее лицо к себе:
– Не смотри, – шепчет. – Лучше на меня.
– Я… не могу… – прошептала она, голос предательски дрогнул.
– Можешь. Ты сильная. А я рядом. – Он касается ее руки. Дольше, чем просто жест поддержки. В этом прикосновении – тепло, опора, нежность. Алина закрывает глаза на секунду, будто собирается. Но через миг снова смотрит – туда, откуда невозможно оторваться.
– Они… как будто настоящие, – выдыхает она. – А он говорил, что все – игра…
– Все так и есть. – Кирилл говорит тихо, но твердо. – Но чтобы Настя поверила – нужно, чтобы поверили все. Даже ты. Прости.
Алина с трудом глотает. В груди все режет.
– Это больно. Я не знала, что так больно – даже если это фальшиво.
Кирилл снова берет ее за руку, чуть сжимает.
– Это не навсегда. Мы все делаем ради тебя. Ради вас. Потерпи. И главное – смотри не на них, а на нее.
– На Настю?
Он кивает, осторожно.
– Только не явно. Видишь?
Алина поворачивает голову. Да. Настя стоит у барной стойки с бокалом в руке. Вроде бы расслаблена, даже улыбается, ведет диалог с каким-то мужчиной.
Но…
– Она смотрит. Не на них – на Артема. – шепчет Алина.
– Не просто смотрит, – добавляет Кирилл. – В ее взгляде что-то острое. Колкое.
Алина вглядывается. Улыбка у Насти на лице, да. Четкая, выверенная. Но пальцы сжимают бокал так, что белеют костяшки. А в глазах – что-то чужое. Раненое. Хищное.
– Она злится? Или… – Алина не договорила.
– Она теряет почву, – тихо отвечает Кирилл. – И сейчас у нее бой внутри: удержать его – или отпустить. И она хочет убедиться сама. Хотела увидеть, как он с другой. И убедиться, что ей все равно.
– Но ей не все равно…
– Нет, – подтвердил он. – И теперь – ей больнее, чем тебе. Она проигрывает.
Алина молчит, но в ее глазах вспыхивает понимание.
Кирилл улыбается ей, тихо, мягко:
– Держись, малышка. Осталось совсем чуть-чуть. Потом – будет все, что ты заслужила. Не меньше.