В такие дни даже мама не может управиться с папой и уложить его вовремя спать.
Пашка услышал чьи-то тихие шаги и проснулся. Это был папа. Он искал комнатные туфли, которые Пашка запрятал к себе под кровать, чтобы раньше Вити принести их отцу.
— Витя, папка приехал! — обрадованно закричал Пашка.
Витя тотчас вскочил на кровати и тоже обрадованно закричал:
— Папа! Папа приехал!
— А ну-ка, — засмеялся отец и зажег в комнате свет, — полно спать! Поднимайтесь бороться!
Пашка первый прыгнул на шею к отцу:
— Бей! Налетай!
Витя тотчас последовал за братом.
Боролись на ковре. Отец хотя и пытался сопротивляться, но был в конце концов повержен на лопатки.
Пашка, запрокинув голову, заливался таким победоносным смехом, сидя у папы на груди, что из кухни с солонкой в руках прибежала мама.
Витя, устроившись на ногах отца, потихоньку связывал вместе шнурки его ботинок.
— Что у вас такое происходит? — сказала мама. — Отправляйтесь-ка умываться.
... Что может быть лучше и увлекательнее, когда дом охвачен праздничной суетой! Беспрерывно бегаешь из кухни к буфету и обратно, несешь маме то пакетик с перцем, то разливную ложку, то блюдце. Повсюду в комнатах горит свет. Почтальон приносит сразу по пять, по шесть телеграмм, и в каждой телеграмме только самые веселые и счастливые слова.
Со скрипом раздвигают старый обеденный стол, и он неожиданно делается каким-то торжественным и солидным, а вокруг него выстраиваются разнокалиберные стулья, собранные со всех комнат, и даже где-нибудь, пытаясь быть как можно менее заметной, скромно жмется маленькая табуреточка, принесенная из ванной комнаты. В квартире часто звонит телефон, и каждый раз кто-нибудь, путая Витю с Пашкой и Пашку с Витей, требует позвать к телефону маму или папу. А телефонная трубка давно уже испачкана мукой. Это ее мама испачкала. Мама стряпает, и руки у нее в муке.
Если по телефону разговаривает папа, то он, насколько позволяет шнур от аппарата, расхаживает взад и вперед по коридору, разговаривает громко, а то вдруг возьмет и даже присвистнет. Если же по телефону разговаривает мама, то среди разговора она иногда испуганно замолкает и показывает папе знаками, что в кухне на плите что-то надо помешать или совсем снять с огня. Но ни папа и никто не понимают, что надо помешать, а что совсем снять. И тогда мама безнадежно машет рукой — какая вы, мол, бестолковая публика! — извиняется в телефон и бежит на кухню сама, после чего возвращается и снова продолжает разговор.
В такой вечер ни на минуту не затихает радиоприемник и на всю квартиру звучит музыка. Играет приемник и у соседей в квартире, и этажом ниже, и этажом выше, и кажется, что весь дом, вся улица — вся огромная Москва пронизана этой радостной, веселой музыкой.
А на лестнице то и дело гулко хлопает парадная дверь, входят люди. Топот ног, смех, говор. Слышно, как стряхивают с шапок, с воротников пальто снег.
В такой вечер знакомые, которые прежде часто бывали в доме и к которым давно уже все привыкли, вдруг перестают быть обычными знакомыми и превращаются в нарядных, красивых гостей.
Часы Кремля пробили полночь. Это значило, что миллионы людей пожелали сейчас друг другу успеха в труде и счастья в жизни.
Кто-то из гостей предложил:
— Новый год только народился. Кто тут самый маленький?
— Павлик самый маленький, — сказала Женина мама.
— Ну вот, тогда пусть он первый всех и поздравит.
Витя, Пашка и Женя, приподняв край скатерти, искали что-то под столом.
— Павлуша, — позвал отец, — где ты там? Покажись.
Пашка вынырнул из-под стола и поспешно сказал:
— Спокойной ночи!
Заигравшись, он забыл, что сегодня праздник и мама разрешила пойти спать поздно.
Все засмеялись:
— Вот так новогодний тост!
Пашка сразу понял, что сказал не то.
— Да чего вы! — покрыл всех своим басом доктор. — Человек пошутил, понимать надо!
— Ну ясно, пошутил, — заговорили все и еще громче засмеялись. — С Новым годом, Павлик!
— С Новым годом! — ответил Пашка и тоже засмеялся.
Раньше всех в новом году проснулись братья.
Витя помог Пашке быстро одеться, и они, крадучись, чтобы не скрипнула дверь или паркет, пробрались в столовую.
По пятам за братьями пробрался в столовую и вечно бдительный кот Мурмыш. Его так просто не проведешь. Он всегда должен знать, что там такое затевается втайне от всех.
Витя и Пашка еще вчера кое о чем договорились.