Вечером ребята вместе с Ильей Степановичем поставили на Быстрянке такой перемет. На каждый крючок насадили по лягушке.
Один конец перемета укрепили на берегу, а к другому привязали тяжелый камень, подвезли его на лодке к заводи и сбросили на дно.
Увидит сом на дне заводи одну из лягушек, схватит ее, а тут и вопьется ему в пасть крючок.
Утром на речке было оживленно: весть о том, что ночью на Быстрянке попался огромный сом и теперь сидит на перемете, быстро разнеслась по деревне.
Кружок юных рыболовов собрался полностью. Пришли и малыши. Они тесным рядком уселись на берегу и принялись наблюдать за происходящим. Шуметь запрещалось, поэтому все казалось еще таинственнее и опаснее.
Посреди заводи в лодке были Митя, Сеня Рогачев и Илья Степанович. Ребята сидели на веслах, а Илья Степанович в старой армейской фуражке с приспущенным на глаза козырьком, чтобы не слепило солнце, возбужденный не менее ребят, стоял на корме лодки и за шнур перемета, от которого уже отцепили камень, выводил сома на песчаную отмель.
Тем временем на берегу во главе с Валерием Филатовым и Андрейкой в полной боевой готовности застыли остальные участники ловли. У них в руках была сеть.
Но сом не сдавался. Он то уходил глубоко под воду, и тогда Илья Степанович вслед ему отпускал шнур, то всплывал на поверхность реки и тянул за собой лодку кормой вперед, несмотря на все старания Мити и Сени, которые гребли в противоположную сторону, к берегу.
На телеге с сеном подъехали косари и начали давать советы:
— Илья Степанович, ткните вы его острогой.
— Да нет, лучше веревочную петлю на него накиньте и тащите в лодку.
После долгой и упорной борьбы сом, наконец, устал, и его удалось подтянуть на мелководье.
— А ну! — махнул рукой Илья Степанович береговой команде. — Вперед, только осторожно, на собственные крючки не попадитесь.
Ребята, растягивая сеть, вступили в реку.
— Заводите, — показывал Илья Степанович. — Круче сеть заводите.
Косари отправились ребятам на подмогу.
Широкая морда сома то показывалась из воды, то вновь исчезала.
Когда хищника окружили сетью, Илья Степанович приказал:
— Тяни! Выгребай!
И тут вода в заводи забурлила, закипела... Это сом метался в сети.
По реке поплыли обрывки водорослей и клочья пены. Казалось, в заливе работал винт парохода.
— Попался! Не уйдет! — торжествующе прыгали на берегу ребята.
Рыболовы, облепленные песком и тиной, мокрые, всклокоченные, пыхтели в речке.
Сом хлестнул хвостом, и сразу несколько ребят отлетело прочь от сети.
— Вот это бацнул!
Сеть за концы выбирали на берег. Вода в заводи пузырилась, клокотала.
— Близко не подходите, — предупредил Илья Степанович. — Зашибить может.
Наконец всю сеть выбрали на берег. В ней билась большущая рыбина, чуть поменьше оглобли. Никто из ребят никогда о такой и слышать не слышал и видеть не видел.
Илья Степанович и один из косарей вынули из уключин весла и оглушили ими хищника.
Спина у сома была черная, на боках — зеленые с желтым пятна. От широкой пасти отходили четыре уса — два белых и два красноватых.
— Ну вот! — сказал Валерий Филатов. — Я же говорил, что он усатый!
— А зубы у него какие острые! — заметила Ира. — И много-много...
— Ой, глядите! — воскликнул вдруг Федя Дудкин. — У него во рту крючок!
Ребята пригляделись:
— И правда, крючок.
— Это, наверное, твой, Андрейка!
— Мой, — важно сказал Андрейка. — Вот мой крючок у него.
— Значит, сом у тебя первого клюнул, — проговорил Илья Степанович.
— И верно, — поддержали председателя ребята, — это Андрейка его приметил, когда утенок-то нырь...
— Героический рыбак, — потрепал Андрейку по плечу Илья Степанович.
Андрейка для солидности нахмурился.
— Принять его в артель! — сказал Митя.
— Принять! — хором подтвердили ребята.
Андрейка еще больше нахмурился, застеснялся и от удовольствия даже покраснел.
ПЕС МАЛЫШ
Пришла ко мне почтальон Оля и говорит:
— Иван Григорьевич, вам щенок не нужен? — И из своей почтарской сумки, нагруженной газетами и журналами, вытащила рыжего маленького пса.
Пес тут же ухватил рукав моей рубашки.
— Откуда он взялся, такой прыткий? — спросил я Олю, стараясь освободить рукав.
— Не знаю, — сказала Оля. — Прихожу я утром в контору колхоза, а он на ступеньках сидит. Может, его кто подбросил, или сам он приблудился... Совсем еще глупый малыш, все бы ему только кусаться.