Готовит обеды, заготавливает - из сухих листьев клена - припасы на зиму: капусту, свеклу, картофель... Бегает, суетится, на бледном от холода личике - деловитость, озабоченность.
Приходит старый, одноглазый, шелудивый, с дрожащим, вихляющим от старости задом пес Дружок. Сидит, метет облезлым хвостом, молча выпрашивает подаяние...
Машка бежит в дом, к маме, добывает хлеба и косточек, кормит (с моей помощью) собаку. А через пять минут я слышу ее полупросительный, полутребовательный голос:
- Дружок, уходи! Я тебя боюсь.
ТЕТРАДЬ ШЕСТАЯ
20.9.59. Разлив.
Похоже, что наступает бабье лето. С утра - солнышко, листики в саду не шелохнутся, на небе - одно крохотное заблудившееся облачко. И все-таки уже осень. Воскресенье, хороший день, а на дачах стоит грустная тишина. И холодно. В комнате у меня 8 градусов, а ночью, говорят, на дворе было плюс два.
Вчера папа и Маша бродили часа два в лесу. Набрали половину Машиной корзинки всякой разночинной грибной мелочи: моховичков, сыроежек, лисичек, горькушек. Дошли до Тарховки. Маша, конечно, устала здорово, но - молодец! держалась, не хныкала.
В Тарховке на вокзале видели настоящего грибника - в больших сапогах, с большой корзиной. В корзине - белые, красные, подберезовики...
Машка, которая никогда не видела таких богатств, глаза разинула. Оказывается, этот дядя ходил на ту сторону озера, за шалаш Ленина. Нам с Машкой такие походы пока и не снились.
* * *
Третьего дня шли с Машей на телефон, навстречу едет парень на велосипеде.
- Похож на тебя, Алеша, - говорит Машка.
- Чем же он похож?
- В таких штанах, как у тебя.
Взглянула на меня лукавыми глазенками, улыбнулась.
- Правда, похож!..
* * *
Упала проехалась ладошками по мокрому зернистому песку и не заплакала. Она вообще редко плачет в таких случаях, то есть когда ей больно, когда упадет, ушибется, оцарапается.
Плачет, навзрыд рыдает, когда обмануты бывают ее надежды и ожидания: обещали пойти собирать опенки и не пошли, отменили; хотели кормить уток (или Дружка) и вдруг говорят: нельзя, поздно.
- Нет! Нет! Не по-о-о-оздно! - кричит она сквозь рыдания, и слезы капают - и на платье, и на передник, и на пол.
* * *
Недавно мама рассказывала Маше о чем-то, что случилось еще до Машиного рождения.
- Мы с папочкой жили тогда в Комарове.
- А я?
- А тебя тогда еще не было.
- А где я была?
- Тебя вообще не было.
- Как не было? А где я была?
Что скажешь ей и как объяснишь, когда и для меня, взрослого и даже уже очень немолодого человека, это чудо.
* * *
Вчера поздно вечером получили телеграмму от бабушки: выехала! А сегодня утром, только что, пришла от нее телеграмма из Сухуми. Ждем 24-го.
22.9.59.
Все утро Машка в своем зеленом фрицевском пальтишке играла во дворе. Пошел дождь. Машка скандалит с Минзамал, рвется в дом, а та предлагает ей играть "в колидоре", то есть на веранде.
Сейчас выходил к ней во двор. Очень ей скучно, конечно. Вижу - идет под дождем, что-то несет в руке.
- Что это?
- Листик, еще хочу такой найти.
И показывает желтый кленовый лист.
Отвел ее на веранду, напомнил, что она давно не каталась на велосипеде. Стала кататься, увлеклась, но тут папа заявил, что ему надо идти работать.
- Не надо! Не надо работать!
И столько мольбы, столько любви и нежности в этом возгласе! А все-таки пришлось уйти.
* * *
Много говорил ей о бабушке. Сказал, что бабушка хорошая, добрая, но строгая. Пытаемся заранее "поднять бабушкин авторитет". Конечно, если бабушка сама не проявит усилий, - ничего не получится. Авторитет не присваивается как звание.
* * *
Утро сегодня сказочное, настоящее бабьелетнее. Делал гимнастику во дворе, на солнце. Машка тут же играла, мыла песком посуду.
Очень низко пролетел самолет ПО-2. Так низко, что даже красные звезды на крыльях видны были.
- Видела? - спрашиваю у Маши.
Стоит, задрав головенку.
- Да. А куда он полетел?
- В Ленинград.
- А где у него Ленинград?
- Что значит "где у него"? Ленинград - вот там.
- Там?! Ленинград?!! Там уборная!..
24.9.59.
Мама в городе. Уже второй день.
Вечером сижу у себя в комнате. Работаю. Слышу, Машка плачет, заливается. Прихожу:
- Что с тобой?
Показывает (из кроватки) на мамину тахту и сквозь горькие слезы говорит:
- Маша сидела вот здесь и шила Люсе красивое платье. О-о-о! Маша вот здесь Люсе красивое платье шила! Очень красивое! Вот здесь Маша сидела...