Да, знаю, слышал: бабочки вредны. Хотя, признаться, не очень верю, что в природе хоть одно звено может оказаться лишним, ненужным, вредным...
Но если и правда есть в природе вредители, если их действительно нужно уничтожать, - пусть этим занимаются взрослые. Так же как пусть взрослые, а не дети, ведут войны, ловят преступников, судят их и наказывают. А в ребенке нужно буквально с пеленок воспитывать отношение к природе и ко всему живому самое человечное, самое уважительное. Воспитывать защитников жизни, а не врагов ее.
Если ребенок в четыре года терзает своих крылатых и четвероногих земляков, он потом и людей будет обижать походя.
* * *
Сегодня я работал. Слышу - стук в дверь. Машин голос:
- Папа! Папа!
Значит, что-то случилось. Без дела она меня в рабочие часы, как правило, не тревожит.
Врывается:
- Тебя - к телефону! Бабушка с тобой говорить хочет. По телефону.
Бегу в коридор. Трубка лежит на рычаге.
- Нет, - говорит Маша, - сюда, сюда!..
И ведет меня в кухню, где на белой табуретке стоит ее маленький игрушечный телефончик.
Придумала, вообразила и уверовала, что бабушка и в самом деле звонила с Кавказа и звала меня.
Пришлось взять трубку и несколько минут "поговорить с бабушкой". Конечно, сердиться я и не подумал.
13.6.60.
Десятого мы с мамой ездили в Лугу, смотрели дачу. Понравилась. Это не в самой Луге, а за городом, на Лангиной горе. Выйдешь из калитки - и уже лес. Через другую калитку пройдешь - река Луга, за ней густые леса, а по эту сторону - заливные луга. Дом отдельный, хозяева - ленинградцы, приезжать будут не часто, маленьких детей у них нет. Зато есть дети у соседей. Так что Машке там будет, надеюсь, и весело, и удобно...
* * *
Сегодня утром вижу - натирает в столовой паркет маленькой платяной щеткой.
Спрашиваю: откуда щетка?
- Мне мама дала. С самого начала.
- С какого начала? Как ты родилась?
- Нет, не когда родилась.
- А когда?
Вопросы "когда" и "сколько" по-прежнему очень трудные для нее.
Я повторяю вопрос:
- А когда?
Отвечает:
- Сначала первое, потом во вторник, потом шестое, потом - число, потом - праздник.
Набор слов? Да, но все они, эти слова, из одного, календарного ряда.
17.6.60.
Машка мало гуляет. Родители и тетя Минзамал поглощены предотъездными делами. Собираемся в Лугу.
* * *
Третьего дня вечером мы всем семейством гуляли, ужинали в "Вечернем кафе" возле Ленфильма. Перед этим часа полтора сидели в Дивенском садике. Машка писала на песке буквы и самостоятельно нацарапала слово:
ПАПА
* * *
С упоением слушает стихи Саши Черного[13]. И вообще всякие хорошие, крепкие, энергичные стихи.
Но сама наизусть почти ничего не знает. Даже то, что знала, забыла. А "Поезд" Саши Черного может слушать пятьдесят раз подряд.
- Еще! Еще! Еще!
* * *
Рассматривали книгу Ревалда...
Отец Сезанна[14] читает газету "L'Evenement".
- Что это?
Говорю:
- Дядя читает газету.
- Это грузинский дядя?
А Сезанн-pere действительно похож на грузина.
* * *
В мире дела идут своим чередом. Эйзенхауэр под напором народного гнева отказался от поездки в Японию. В газете карикатура: премьер Киси сидит в луже.
Машка:
- Это кто?
- Это Киси.
- Кто?!!
- Киси. Так его зовут. Хочешь с ним дружить?
- Гм... Он что-то немножко сердитый.
* * *
Интересуется вопросами жизни и смерти. "А где я, а где она, он были тогда?"
"Что такое умер?"
Что ей сказать и как сказать?
Сегодня читали Сашу Черного. Я говорю:
- Саша Черный очень любил детей.
Это "любил" настораживает ее.
- А где он теперь?
- Далеко.
- Где?
- Очень далеко, Маша.
Подумала и:
- В красненьком домике али в зелененьком живет?
Между прочим, упорно вместо "или" говорит "али".
22.6.60.
Вчера мама и Маша уехали в Лугу. А папу дела задерживают числа до 1 июля в Ленинграде.
Сегодня Элико звонила по телефону. Говорит, дачей довольна. А Машка та в полном восторге. Ест клубнику, которую хозяйка при ней, на ее глазах снимает с грядки!
* * *
О жизни и смерти. Хотя не говорим, но понимает, что умереть - это очень плохо. И боится, что это слово будет произнесено.
Рассказывал ей на днях о нашем детстве. Говорю:
- Тетя Ляля была тогда совсем маленькая. У нее еще косичек не было. Вася был побольше, а я - самый старший...
Перебивает:
- А где теперь Вася?
Я говорил ей - и не один раз, - что он умер.