- Мне что-то скучно.
- Грустно тебе?
- Да... грустно.
Не безотчетная же это грусть. Мама говорит: ей грустно от сознания, что день кончается и скоро погонят спать.
* * *
Ждем Таню. Очень волнуемся. Оба. Машка идет мимо моего окна. Спрашиваю:
- Ну что? Не пришла Таня?
- Нет. Я с ее бабушкой сейчас говорила.
- Ну, и что она?
- Говорит: "Придет, придет..." У них две комнаты и кухня. И две бабушки.
* * *
Иногда фантазия разыгрывается самым прихотливым образом.
Нашел и подарил ей воронье перо.
Через минуту она говорит:
- Прости его.
- За что?
- Он на песочек сделал.
- Да? Какое безобразие! А как его зовут?
- Эм! Эм его зовут. Эм-счастливчик.
31.7.60.
Ездили на велосипеде встречать маму. На пути нашем, совсем близко от тропинки, по которой мы ехали, паслась стреноженная лошадь. Машка ее почти не испугалась. Похвалил ее. И она вся засияла. Это тоже очень важный момент - похвала, поощрение.
* * *
После ужина, перед тем как идти спать, зашла ко мне сказать "спокойной ночи". Я читал книгу Хинтера "Охотник". Книга эта ее уже несколько дней очень интересует. Спрашивает:
- Что это за книга? Кто ее написал?
- Это - про охоту на диких зверей в Африке.
Расспрашивает с жадным интересом:
- А лев? А тигр?
Слушает с волнением. И вдруг - зажмурилась. Понимаю, что ее охватил сладкий ужас.
- Ой, папа, нет, лучше не рассказывай!..
* * *
Встретили вчера на автобусной остановке маму; шли через лесок, нашли большой ложный белый гриб. Машка безошибочно определяет: ложный или не ложный, сыроежка или поганка.
Все время таскала этот гриб в руке.
Я говорю:
- Отдай его дяде Паше (хозяину).
- Его нет.
- Тогда - знаешь что? Положим на стол на кухне. А потом, когда увидишь дядю Пашу, скажи: "У вас волшебник был, гриб вам оставил".
Машка подумала и говорит:
- Больших нельзя обманывать.
- А маленьких можно?
- Маленьких можно.
- Ну, погоди, тогда я тебя сейчас обману.
Радостно:
- Обмани!!!
* * *
Вчера под вечер мы ходили втроем, делали запасы топлива к 4-му. Плита у нас есть, а дров нету.
Конечно, Машка занимается этим делом с восторгом.
1.8.60.
Уже совсем большая наша Машута. Вечером вчера, перед тем как укладывать ее спать, гуляли в сгущающихся потемках.
- Смотри, - сказал я, - какой красивый закат!
- Да. Лиловенький. Очень красиво.
Бродили в потемках, взявшись за руки, говорили о всякой всячине.
* * *
А утром сегодня Машка часа полтора прилежно сидела в саду, чистила (одна!) красную смородину на кисель.
* * *
Ходили на Лугу, я мылся, а Машка... Машка должна была копать колодец, а вместо этого полтора часа ревела и хныкала, боялась: рыбок, собаки, стрекоз, крапивы... Конечно, явление это болезненное, и бороться с ним надо средствами тонкими и хорошо обдуманными. А я пока что ничего, кроме гнева и насмешек, не придумал.
Насмешки хороши, полезны - до поры до времени и в меру. А перегнешь палку - и можешь утвердить ребенка в том мнении, что он действительно личность неполноценная, неисправимый трус.
* * *
Очень меня огорчает (по-настоящему переживаю это событие) исчезновение девочки Тани. Смотрю на этот факт глазами Машки, и мне очень больно: почему вдруг она перестала ходить? Не понравилось? Большая уж, чтобы играть с четырехлетком? Родители запретили? Как ни поверни - обидно.
Думаю, что и Маша обижена, оскорблена, хотя анализировать и находить мотивы она, конечно, с такой дотошностью не может.
2.8.60.
Вчера вечером ходили втроем к тете Нине, у которой мама покупает картошку. Живет эта тетя Нина далеко - за Лангиной горой.
Идем и вдруг - неожиданная встреча. Две девочки. Одна из них соседская Таня, коварная Таня, изменившая Машке ради очень милой особы своего возраста.
Машка смотрела на Таню и на свою "соперницу", и я сердцем чувствовал, как она, не понимая, переживает измену.
Слабым вознаграждением за эти переживания был подарок, полученный Машкой от сына тети Нины, тринадцатилетнего парня, ремесленника. Это сплетенный (и очень ловко, художественно сплетенный) из травы "петух-курица" - головной убор, напоминающий не то шапку Мономаха, не то убор вождя индейского племени.
Обратно одну остановку ехали автобусом.
* * *
На днях услышала поздно вечером гудок паровоза.
- Ой! Поезд?! Почему он не спит?
- Поезда не спят, Маша.
- Как не спят? Ты же говорил в Ленинграде, что трамваи в парке Ленина спят.