Я с замиранием сердца ждал его перевоплащения, даже в его состоянии, у него был бы неплохой шанс от меня избавиться. Я сначала даже думал отказаться от этой затеи, но трезво оценивал свои шансы на успешный исход нашего слияния. Они оба в действительно плохом состоянии, а мои силы не безграничны. Его зверюга опасна, но во много раз сильнее айджа.
Он лег прямо на пол и тут же запустил трансформацию. Его рост увеличился почти вдвое, мышечная масса поражала, кожа потемнела до черна и покрылась твердой броней. Про рога вообще промолчу, они и в обычном состоянии у советника внушительные, а уж в боевой форме… Попадешь на такие и никакая защита не спасет.
Глаза с вытянутыми зрачками мгновенно нашли меня, ноздри раздулись, а с губ сорвался тихий, предупреждающий рык. Ему не очень понравилось то, что самое дорогое для айжда находится в моих руках, но слава всем богам, он не желал моей крови и я, двигаясь как можно медленней, уложил нашу Змейку на его широкую грудь.
На фоне черного гиганта, малышка казалась совсем маленькой и хрупкой.
– Мне придется вас укусить, – предупредил, садясь рядом. – Не знаю, как ты это сделаешь, но мне нужен незащищенный участок твоей кожи, желательно на шее. Ломать свои клыки об твою броню я не хочу.
Ожидал вспышки гнева, но был приятно удивлен сговорчивостью Рига. Правда, к своей шее зверь меня не допустил, ткнув мне в лицо запястьем, с которого медленно стекла темная броня.
– Сойдет и так, – хмыкнул и без предупреждения вогнал в светлую кожу клыки, спрыскивая в кровь айджа изрядную долю связующей жидкости.
Через несколько секунд все было закончено и Риг заскрипел зубами от проснувшейся боли.
– Терпи, надо подождать хотя бы несколько минут, чтобы наша братская связь окрепла. Напортачим сейчас и всю жизнь будем мучиться от ревности.
Советник недовольно рыкнул, но прикрыв глаза, принялся покорно ждать, терпя боль. Я же для верности выждал восемь минут. Пусть лучше помучается чуть дольше, зато связь между нами точно закрепится как надо. Не будем ревновать Змейку друг к другу, не думаю, что ее маленькое сердечко выдержит подобный накал эмоций.
– Теперь Нарина, – кивнул на нашу девочку и советник, очень аккуратно передвинул ее так, чтобы мне было удобнее.
В этот раз он согласился, чтобы я укусил ее нежную шейку, но я не обольщался. Знал, он внимательно за мной следит и любое, неаккуратное движение с моей стороны, закончится мгновенной смертью.
– А теперь держи ее как можно крепче, но не сжимай слишком сильно. Ей какое-то время будет больно, пока я не смогу перетянуть всю боль на себя. В вас моя связующая жидкость, во мне ваша кровь. Надо немного времени, чтобы все это начало взаимодействовать.
Змейка дернулась и едва слышно застонала, Риг тут же сжал свои руки относительно свободным кольцом. Не сжимал сильно, но и выбраться Нарина не смогла бы.
– Блокираторы? – раздался тихий голос молодой женщины, которую Змейка называла мамой.
– Не помогут, – прошипел сквозь зубы и согнувшись от прошившей меня боли, уперся рукой в плечо Рига.
Боль накатывала волнами и с каждой новой она становилась все сильнее, зато наша девочка затихла.
– Что мне делать? – сквозь гул в ушах расслышал голос мамы.
Женщина беспокоилась и пыталась хоть чем-то помочь, но это было не в ее силах. А вот помешать своей заботой могла, особенно когда мы все отключимся.
– Ждать. Не трогать. Не при каких. Обстоятельствах, – прохрипел из последних сил и упал на пол, рядом со своей новой семьей.
Можете считать меня кем угодно, но сейчас, несмотря на всю боль, я был как никогда счастлив, что все обернулось таким образом, что мы все оказались связанными. Ведь тогда, когда Змейка спешно покидала Миону, я сказал ей правду. Кроме нее в моей жизни женщин не будет. Даже мимолетных связей. Мы зарийцы однолюбы, и это не просто слова, эта такая же связь как и парность айджей. Только их она накрывает сразу, а нас, только после того, как мы начинаем испытывать сильную симпатию.
Я свой выбор сделал и наконец-то получил ту, которую люблю больше жизни. Осталось дело за малым, заставить ее полюбить в ответ.
ГЛАВА 12
ЗМЕЙКА
Проснулась как всегда, будто от толчка. Но открывать глаза и вставать не спешила, уже наверное, последние лет двадцать. Зачем? Некуда спешить, нечего делать, незачем жить…
Перевернулась на другой бок и настороженно замерла. Слишком быстро, легко и без боли вышло у меня данное действие. Да и уже привычная дыра в груди исчезла, заполнившись чем-то легким, радостным и тягучим. Да и в принципе, ощущения довольно странные. Будто очень долго ждала чуда и наконец оно произошло, но я почему-то ничего не помню.