Дебора посмотрела на Дилана, которого ее ответ, похоже, не совсем удовлетворил, потом повернулась к Грейс:
— Люди со слабым сердцем всегда бегают. Очень важно заниматься спортом.
— Как ты в спортзале? — спросил Дилан. — А папа чем занимается?
«Папа расхаживает по комнате взад-вперед», — хотела сказать Дебора, но это, конечно, было не так. Сбежав от корпоративной жизни, он больше не расхаживал.
— Йогой, — ответила она. Дебора могла даже пошутить на этот счет — настолько это не вписывалось в новый образ Грэга, — но в силу йоги верила. Она бы хотела, чтобы Грейс тоже попробовала. Техники расслабления могли бы решить ее проблему с обкусыванием ногтей.
Дебора осторожно убрала руку дочки ото рта, но не была уверена, что Грейс это заметила.
— Думаешь, у мистера МакКенны был сердечный приступ, когда он выбежал на дорогу? — спросила девочка. — То есть, возможно, он не соображал, что делает, или потерял ориентацию и пытался попросить о помощи?
— Врачи не нашли ничего, что указывало бы на проблемы с сердцем.
— И что для нас значит тот факт, что он принимал коумадин?
— Это значит, — сказала Дебора, обрадовавшись надежде, появившейся в голосе дочери, — что в его смерти не было нашей непосредственной вины.
— Коумадин? — переспросил отец за утренним кофе, И только тогда посмотрел ей в глаза. Его глаза были красными, и он выпил пару таблеток аспирина, прежде чем приступить к кофе. Бутылка виски в кабинете — новая бутылка, вероятно, открытая вчера вечером — была нейтрализована третьей таблеткой. Хотя это очень беспокоило Дебору, проблема ее собственного спасения была более насущной.
— В больнице с облегчением вздохнули, — сказала она. — И теперь вопрос не в том, почему мистер МакКенна умер, а в том, почему никто не знал, что он принимал этот препарат. Все нужные вопросы были заданы, но ответа не было. Пациент не разговаривал, а его жена ничего не сказала о коумадине. Она не назвала даже имени доктора, у которого наблюдался мистер МакКенна.
— Коумадин нельзя купить без рецепта. Кто-то его назначил. Миссис МакКенна должна знать, кто это сделал. Если, конечно, этот парень ничего от нее не скрывал, как, по твоим словам, это делала моя жена.
Это обвинение застало Дебору врасплох. Она неуверенно произнесла:
— Я сказала тебе это только потому, что ты воздвиг маму на пьедестал, которого никто из нас не может достичь. Она была человеком. А люди ошибаются.
— Она умерла. И ничего не может сказать в свое оправдание.
— Мама не оправдывалась бы, папа. Она бы во всем призналась, и ты сразу бы ее простил. Поэтому я признаюсь. Я попала в аварию, о которой очень сожалею. Я хотела бы быть идеальной дочерью для тебя. Но я не идеальна.
— Ладно тебе, Дебора, — проворчал Майкл. — Разве я когда- нибудь требовал, чтобы ты была идеалом?
— Может, ты и не говорил этого прямо, но у тебя высокие требования. Возьмем к примеру Джил. Она не соответствует твоим стандартам, но она любит то, чем занимается, папа. Правда, у нее отличный бизнес. Разве ты не можешь как-то заехать и просто… посмотреть? Или Дилан. Возможно, он и не суперспортсмен, но он был бы в восторге, если бы ты пришел на его игру.
— Я приду. Приду.
— Он играет сегодня после обеда.
— Сегодня не смогу. В другой раз.
Дебора знала, сколько было записано пациентов, и не понимала, почему сегодня «не смогу». Но вопрос мог бы разозлить Майкла.
— А как насчет Джил? Она бы обрадовалась, если бы ты заехал. Ты бы видел, сколько людей стоит в очереди…
— Сейчас, — прервал ее Майкл, — меня больше беспокоишь ты, чем твоя сестра. Ты говорила Холу о коумадине?
— Хол обрадовался. Ему кажется, что дело можно повернуть так, что причиной смерти будет выступать не моя машина, а лекарство.
Майкл внимательно изучал свою чашку.
— Это может меня оправдать, — сказала Дебора. — Я знала, что у мистера МакКенны не было смертельных повреждений, когда осматривала его. По крайней мере, теперь я понимаю, почему он умер. — Не дождавшись ответа, она добавила: — Хол все время на связи с полицией.
Майкл поставил чашку.
— Это хорошо. Он будет в курсе событий. Чем больше ответов мы получим, тем лучше. Половина пациентов, которых я вчера принимал, спрашивали об аварии, а ведь местная газета еще не вышла.
В полдень газета продавалась на всех углах городка. Дебора увидела ее во время обеденного перерыва на столе в маленькой офисной кухне.
Статья была не такой плохой, какой могла бы быть. Ее напечатали на первой странице, но внизу. А это значило, что она будет не первым, что прочтут люди. К несчастью, в таком маленьком городке как Лейланд большинство жителей читают местную газету от корки до корки.