Соски пылали огнём, грудь изнывала от сладостной боли, а поцелуи медленно перемещались ниже по моей талии, прикусывая нежную кожу, но тут же исцеляя «ранку» языком.
-Такая нежная, такая сладкая Скар, — шептал между поцелуями молодой человек и пальцами подцепил резинку трусиков, неспешно избавляя меня от последней ненужной детали. Тело поддалось, я в предвкушении заёрзала на кровати, изнывая от томительного ожидания внизу живота.
Я помнила, какого это — чувствовать внутри себя зеленоглазого, и была готова принять его.
Но у Гарри были свои планы. Его язык проделал влажную дорожку от моего пупка и ниже, вызывая первое желание — свести ноги и попросить, как тогда, остановиться, но тело настойчиво противостояло моей стеснительности. Глупо было стесняться, когда хотелось продолжения.
Стайлс вновь удивил меня: притянул за затылок ближе и впился губами в мой рот, языком очерчивая коронку зубов, нёбо, пока не соприкоснулся с моим языком. О, этот головокружительный танец языков, воспаляющий тело с новой силой, принуждающий стонать прямо в рот зеленоглазому и ловить ответные стоны. Провела ладонями по его напряжённым плечам, собирая капельки пота, и добравшись до волос на затылке, сильнее сжала их в кулак, но тут же разомкнула пальцы, когда почувствовала прикосновение к своему лоно.
Пришлось откинуться на подушки, извиваясь от новых мне ощущений. Чувствовать пальцы молодого человека в самом интимном месте — это верх безумия. Да что безумие… все слова кажутся ничтожными, не способными передать ту гамму красок, которую я испытывала, стоило Гарри ускорить движение пальцев и остановиться, вновь быстро и тут же мучительно медленно.
-Га-а-ари, — как передать, что ещё чуть-чуть и низ живота избавиться от томительной пытки?
Мне не стоило говорить, Стайлс чувствовал моё тело, знал, как оно реагирует и когда должна наступить долгожданная разрядка, но не наступала. Он останавливался именно в тот момент, когда мышцы все напрягались, и продолжал под аккомпанемент моих умоляющих всхлипов.
-Пожа-а-алуйста, — в очередной раз простонала, наблюдая, как зеленоглазый снимает с себя всю одежду, и снова застонала, увидев его обнажённым. Он готов, он хочет меня, и осознание этого возвышает до самых небес.
Гарри не спешил удовлетворять свой голод, он вновь прильнул к моим бёдрам, страстно двигаясь языком по внутренней части, пока не прильнул губами к моей влажной плоти.
Я вскрикнула от нахлынувших чувств похоти, страсти, стыда, неловкости, любви и наслаждения и непроизвольно выгнулась бедрами навстречу искусному языку.
На секунду Стайлс отстранился, давая возможность уловить на его губах победную улыбку, и вновь повторились трюки языка.
Стон за стоном, крик за криком, пока дрожь не прошла по всему телу, не пронесла фейерверк эмоций и дикого удовлетворения. Гортанные стоны продолжали покидать моё тело, когда я билась в лихорадке в руках молодого человека.
Стоило только моему дыханию выровняться, как Гарри принялся вновь покрывать моё тело поцелуями, побуждая мышцы всего тела предвкушающе сжиматься.
-Гарри, — прошептала ему в губы, руками исследуя пресс, спускаясь ниже к полюбившимся мне косым мышцам живота, которые были идеально высочены, точно Гарри не человек, а произведение искусство, — Я хочу…
Не знала, как выразить свои эмоции, чувства и благодарность за то безумие, что мне подарил молодой человек. Но смотря на него, чувствуя своё и его возбуждение, рука сама потянулась к доказательству желания.
Уже не разбирала, кто застонал: я или Стайлс, от моей неопытной, но старательной ласки.
Гарри был красив. Он был красив весь, и чувствовать, как возбуждённый орган пульсирует под моими пальцами, как капелька желания стекает по твёрдому стволу и растворяется под моей кожей, — это было сродни оргазму.
-Скар… — зеленоглазый нехотя, но всё-таки настойчиво отстранил меня, когда я придвинулась ближе, желая повторить то, что проделывали со мной, — Не сегодня.
-Ты брезгуешь?
Гарри прикрыл глаза и тихо посмеялся:
-Знала бы ты, что я готов кончить от одного твоего невинного взгляда, — изумрудные глаза впился в моё лицо, — Я безумно хочу чувствовать твой ротик, но сейчас я слишком на грани, чтобы вести себя нежно.
«Ты не готова», — прочитала в его взгляде и не посчитала нужным спорить, потому что он прав.
Спешить некуда.
Мы вместе.