-Почему ты мне сразу этого не рассказал?
Гарри посмотрел на меня как на умалишённую:
-Как ты себе это представляешь? «Привет, Скар, я тут в Лондоне с девушкой потрахался, теперь буду играть в песочнице с ней, а не с тобой!» Мне так стоило поступить?
-Что ты? Куда лучше год игнорировать и два года унижать!
Зеленоглазый поднялся на ноги и одарил раздражённым взглядом:
-Так и знал, что ты меня не поймёшь, вот поэтому молчал! И продолжал бы молчать, если не твоё «вопрос-действие»!
-Я могу попытаться понять тебя, Гарри! — вскакиваю с кровати и делаю шаг ближе к экс-другу, — Не понимаю одного: чем заслужила такого отношения к себе? Почему ты позволял друзьям оскорблять меня, при этом сам не упуская возможности унизить?
Ещё один шаг навстречу, и вот Стайлс вплотную приблизился ко мне. Ну, зачем? Зачем своей близостью мучать меня?
-Я чувствовал вину. Я видел, как ты смотришь на меня, и мне хотелось, чтобы это закончилось. Чувство вины настолько засело у меня в печёнках, что я свыкся с этим пороком и перестал замечать. А ты… ты продолжала смотреть, Скар.
-Как смотреть? — ухватилась за слова Гарри, понизив голос до шёпота.
-С надеждой, — ответный шёпот, и тёплое дыхание защекотало кожу на моей шее, — С каждой новой «шпилькой» Надежда на дне твоих прекрасных карих глазок умирала, пока не исчезла вовсе.
Гарри притянул за подбородок моё лицо ближе, вглядываясь с напором и жаждою что-то отыскать в моих глазах.
Я затаила дыхание, не смея разрушать зрительного контакта, потому что нуждалась в таком Гарри. Хотела этой близости, этой невидимой нити между нами, такой редкой, но такой желанной.
-Тебя устроил мой ответ?
В ответ тишина. Хватка на подбородке чуть усилилась.
-Достаточно исчерпывающий ответ?
Я настолько была заворожена нашей игрой в «гляделки», что точно бы сморозила какую-нибудь глупость, но Гарри не позволил вымолвить хоть слово. Молниеносное движение: его губы жадно прижимаются к моим губам, и тут же настойчивый язык перехватывает инициативу, проталкиваясь в мой рот.
Поцелуй с Гарри — это всегда много, всегда жадно и всегда страстно. Чувствовать, как его язык соприкасается с нежной поверхностью моего языка, трепетать от ритмичных поступательных движений, испытывать дрожь от смелых рук зеленоглазого, — это искусство. Да, это пошло, да, это дико и бесцензурно, когда настойчивые пальцы взывают рой мурашек по позвоночнику, а после с силой сжимают ягодицы. Чувствую, как коленка молодого человека раздвигает мои ноги, позволяя ближе перебраться к внутренней части моих бёдер.
Стоило остановиться, я прекрасно понимала, что невинный поцелуй уже давно перерос в нечто большее, но не смела остановить Гарри. Мне были приятны трюки, который он проделывал, более того, моё тело требовало продолжения.
-Тише, Скар… — прохрипел молодой человек на мою ничтожную попытку дёрнуться в сторону, когда ласки с ягодиц сместились на грудь, — Сними кофту.
Пребывая в эйфории от новых ощущений, не сразу улавливаю просьбу Гарри. Хотя кого я обманываю, это было требование, был приказ, который я не решилась приводить в исполнении.
Футболка быстро покинула тело зеленоглазого, представляя моему вниманию безупречный торс, покрытый чёрными татуировками, и ярко выделяющиеся косые мышцы живота.
Уже хотела поддаться в смущение и отвести взгляд в сторону, но едва уловимая дорожка-счастья, многословно исчезающая под тёмными домашними штанами молодого человека, вырисовывала в моём сознания такие картины, что в одно мгновение щёки запылали ярче маков.
Не успеваю опомниться, как Гарри резко притягивает к себе и сам снимает кофту, отбрасывая следом за футболкой.
За те несколько секунд, что его глаза блуждали по моей груди, я успела пожалеть о своём ничем не примечательном белом бюстгальтере, благо трусики были под цвет, а то я бы окончательно сгорела со стыда.
Ну почему всегда проходила мимо кружевных комплектов белья? Сейчас бы они были очень кстати, по крайней мере я не чувствовала бы себя так убого под взглядом изумрудных глаз.
-Гарри… — пытаюсь прикрыть наготу руками, но Стайлс настойчиво отводить их за мою спину и припадает губами к шее. Влажная дорожка проделывает незамысловатый путь от шеи к ключицам, далее по грудной клетке.