Глава 16
Выйдя с пляжа, мы завернули в сторону поселка. Дорога была неровной и каменистой. А ветер сильным и буйным. Всё это отражало мои неспокойные мысли, моё состояние и настроение. Я чувствовала себя на краю пропасти. Сердце гулко стучит, в крови бушует адреналин, а от страха перед неизвестностью сковывает всё тело. Хотелось, наплевав на всё, вернуться. Но я понимала, что это не выход. Возвращением я только подтвержу свою никчемность и бесхарактерность. Неспособность отстоять себя. Толя —моя единственная слабость, и он же моя мука. С ним сложно быть прежней девочкой, которая смотрит на друга с обожанием. Сложно молчать, когда хочется кричать. Сложно любить и наблюдать за его отношениями с другими. Я всего лишь хочу чуточку понимания с его стороны, уважения и поддержки. Спокойствия в родных объятиях. И взаимности, хоть и понимаю, что этого никогда не случиться. Но мечтать никто не запрещал.
—Никогда не думал, что молчать в компании девушки будет приятно—с ухмылкой сказал Саша. Я улыбнулась сквозь грусть и увидев у обочины дубовую лавочку, села на неё. Саша сел рядом и теперь мы смотрели на пыльную дорогу и деревянные дома вдали. Идти дальше не хотелось, да и смысла в этом я не видела. Рано или поздно всё равно придется возвращаться домой.
—Почему вы недолюбливаете друг друга?—Задала я вопрос, лишь бы на немного отвлечься от сереющих мыслей. Саша вытянул ноги и постучал кроссовками друг об друга. В отличие от моих грязных тапок, полных песка, у него была чистая обувь, будто весь путь Саша ходил в бахилах.
—Спроси у своего друга, почему он так себя ведет. У меня к нему негатива нет.
—А где вы познакомились?
—Год назад вместе участвовали в футбольном любительском чемпионате. Играли за разные команды. Видимо, Степанов не вынес того, что моя команда умыла его команду, вот и ведет себя, как олень неадекватный.
—Если честно, это совсем на Толю не похоже. —Задумчиво протянула я. —Он обычно всегда сдержанный и никогда первым не вступает в конфликт. А тут его будто подменили.
—Всё в этой жизни не вечно. К тому же ты ведь не можешь знать, какой он, когда вы не вместе.
Хотелось запротестовать сказав что Толю я знаю как себя, но спорить не стала, потому что он прав. Каждый человек умеет подстраиваться не только под ситуацию, но и под компанию, в которой находится. Может, Толя только при мне такой сдержанный, а на самом деле агрессивный и непредсказуемый. Сейчас ведь он тоже меня обидел, хотя раньше подобное даже в мыслях вызывало протест.
—Не ожидал, что ты выберешь меня—продолжил Саша после недолгой паузы.
—Я не выбирала тебе. Это ничего не значит.
—Я знаю, но моё эго злорадствует, что твой выбор пал на меня, а не на твоего фриканутого дружка. Двигаешься в правильном направлении. Одобряю.
—Мне не нужно ничье одобрение, когда я делаю выбор. Сейчас это прогулка с тобой. Не думай, что можешь рассчитывать на что-то большее. Мне это не интересно.
—Я это уже понял.—С ухмылкой сказал Саша.
Я посмотрела на него в недоумении.
—Что ты имеешь в виду?
—То, что один из вас —слепой осел, который не замечает очевидного.
Мои щеки вспыхнули алым цветом.
—Разве это так заметно?—Прошептала
я обтерев мокрые ладони о ткань шорт.
—Любого человека выдает взгляд. По нему можно прочитать практически любую эмоцию, и редко кто умеет искусно это спрятать. По тебе вот сразу заметно, что ты сохнешь по своему дружку пирожку, а он, видимо,настолько привык к тебе, что не может даже представить подобный исход. Вот сколько вы дружите?
—Всю жизнь.
—Тем более. Он привык видеть тебя всегда рядом. Для него ты кто угодно: подруга, соратница, сестра, но не привлекательная девушка, с которой даже гипотетически можно замутить.
—Возможно ты и прав—со вздохом произнесла я. Ветер трепал мои волосы и обдавал кожу прохладой. А до ушей доносился звук бушующего моря.
Саша говорит вещи, которые я знала всегда, но не пыталась капнуть глубже, чтобы понять простую очевидность. Это у меня бабочки в животе скачут на конях, а у Толи штиль, гладь да благодать. И это правильно. За все годы нахождения вместе мы настолько сблизились, что в какой-то степени мои чувства похожи на инцест. Выражение глупое, не относящееся к нам, но отражающее понятие наших отношений.