—Хорошо. Скоро буду. —Отключившись, Толя убирает телефон обратно в карман.—Там у Милы какие- то проблемы дома. Я быстро съезжу туда обратно и потом мы поговорим.
Он целует меня в щеку и тут же уходит, снова набирая чей то номер. Вот только чем дальше силуэт Толи, тем больше становится дыра в моей душе. Он снова уходит к ней. Снова бросает меня тогда, когда я в нём больше всего нуждаюсь. А я устала ждать. Мне надоело.
Как только Толя скрывается с моих глаз, я захожу в дом, вытаскиваю из- под кровати чемодан и принимаюсь забрасывать в него все свои вещи. Тут же беру телефон, набирая номер Саши.
—Приветик. —Сонно бормочет он—какими судьбами в столь ранний час?
—Отвези меня на вокзал.
Глава 24
Прошла неделя.
—Оль, в магазин сходи. Молоко закончилось.
—Сейчас.
Поставив на стоп фильм, я меняю футболку на рубашку и иду в прихожую. Из кухни доносится запах жареной курочки , а уши закладывает музыка из любимого маминого турецкого сериала. Сегодня суббота, за окном плюс сорок, и я не планировала никуда выходить дальше этой квартиры.
—Зайди к Степановым — выкрикивает Мама, а меня аж до костей пробирает. Прошла неделя с моего отъезда, и с тех самых пор я всячески избегаю общения с Толей не только в виртуальном мире, но и в реальном. Не хочу его видеть. Не хочу разговаривать с ним, знать, как всё прекрасно у него с Миланой и какая я дура, что уехала, ничего не сказав. Вряд ли мы сможем всё исправить. После всего случившегося дружбы между нами уже не будет. А я, увы, больше не смогу жить надеждами, что однажды он разглядит во мне девушку. Лучше переболеть сейчас, чем страдать всю оставшуюся жизнь.
—Зачем мне идти к Степановым?—Хмурюсь я, натягивая кеды.
—Затем, что Анне Борисовне нужны помидоры, а дома никого. Зайди, я сказала. Не будь врединой.
—Ладно.—Закатив глаза, я взяла ключи с полки и вышла в подъезд. Степановы жили напротив, и эта моя мука на всю оставшуюся жизнь. Хотя я надеюсь через пару лет свалить куда-нибудь подальше отсюда.
—Ой, Олечка, хорошо, что ты пришла.—Анна Борисовна, невысокая стройная женщина с аккуратной стрижкой боб каре, яркими голубыми глазами и милейшей улыбкой, тут же заключила меня в свои объятия, как делает это при нашей встрече. И, несмотря на разлад в наших с Толей отношениях, я всегда рада её видеть.
—Здравствуйте, теть Ань. Мама сказала, вам помидоры нужны, а я как раз в магазин иду.
—Конечно, моя дорогая. А то я рагу собралась делать, а овощей, как обычно нет. Мои то на дачу укатили. Никакой помощи по дому от этих проходимцев. Вот тебе деньги. На сдачу себе что-нибудь возьми.
—Ну что вы —Я смущенно улыбнулась, убирая тысячную купюру в карман сумки—Мне ничего не нужно.
—Бери, бери. Ты же мне как дочь.
—Ладно, спасибо. Скоро буду.
В магазине я проторчала дольше обычнооо из за назойливости одной пожилой дамы с собачкой, которая никак не могла определиться какую ей лучше брать тыкву -обычную круглую или продолговатую. Поэтому домой возвращалась в ужаснейщем настроении. Еше и теть Аня не открывала дверь, и мне пришлось сначала идти к себе, просить маму позвонить соседке и только потом возвращаться обратно на лестничную площадку. Я думала сейчас отдам купленное и пойду домой досматривать сопливую мелодраму о несчастной любви. Но как только дверь открылась, мне захотелось превратиться в тот самый пакет с помидорами в моих руках или в пыль на перилах, лишь бы мои глаза не видели стоящего напротив.
—Не знал, что ты подрабатываешь в доставке—с усмешкой отозвался Толя, подперев плечом дверной откос. Я словно язык проглотила, не зная,что ответить. Было и радостно увидеть его, и боязно, ведь мы не разговаривали, казалось бы, вечность. Ещё и этот сарказм из его уст вгонял меня в волнение.
—Я помидоры купила—я протянула пакет—отдай Анне Борисовне.
—Помидоры, значит. Какая молодец. Настоящая соседка. Может зайдешь домой и мне с чем нибудь поможешь. Ну так, по-соседски. По другому ты ведь со мной контактировать не планируешь.
—Отдашь или нет?
Толя тянет руку, но вместо пакета хватает меня, заталкивает в дом и захлопывает за нами дверь.
—Ты что творишь?—Шиплю я. Толя нависает надо мной сверху, глядя немигающим взглядом. В этот момент моё сердце готово разорваться на куски от давящего волнения. Я скучала по нему. По голосу, запаху, по любимым глазам и рукам. Хочется наплевать на всё. Просто обнять крепко- крепко и не отпускать.
—Ничего не хочешь сказать?—Тем временем поинтересовался Толя, и в его голосе я уловила лишь сталь и недовольство.