– Хорошо, – остаётся лишь согласиться с ожиданием, хотя эти пять минут могут растянуться в пять часов. – Перешлите мне их на почту, с которой я только что отправила документы.
– Да, конечно. Если возникнут вопросы, Вы можете обратиться ко мне. Меня зовут Дебора Паркинс, я являюсь вашим менеджером.
– Благодарю, – говорю я, завершая вызов.
Закрываю ладонями лицо и стараюсь выгнать всё напряжение, которое возникло после слов о том, что моё мерзкое ласкательное имя подошло. Эти пять минут растягиваются и тянутся невыносимо долго. Стуча ногой и колпачком ручки по столу, я смотрю на экран телефона, и тысячный раз за минуту обновляю страницу, в надежде увидеть новое письмо. Но застываю, моментально переключаясь на другое. Диего.
Тело парализует ужас. Отец в городе, и он легко может узнать о Диего, но ещё хуже, если он следит за ним. Он может контролировать каждый его шаг, а его имя в списке, черт возьми, авиарейсов до Лондона. Билет в один конец, что говорит лишь о том, что он не улетал обратно. Хватаю корзину для мусора, и в ту же секунду желудок выворачивается наружу. Завтрак, который приготовил Диего, теперь наполняет пакет в моём кабинете. Бегу к кулеру, и осушаю пару стаканов ледяной воды. Капли пота давно выступили на лбу, а тело бьется ознобом, когда я набираю номер Иви.
– Грейс, Остин не хоче… – начинает она, но я сразу перебиваю.
– Отец вернулся, если он узнает, что Диего тут, то приготовит для него пулю.
– С чего ты взяла? – осторожно спрашивает Иви.
– Я только что с ним разговаривала, он хочет позавтракать. Он не может улететь, отец увидит эту информацию, как только билет будет куплен.
– Если это так, то он уже в курсе, что Диего в Лондоне.
– Я не знаю, что делать!
– Отправишь его попутками или посылкой в Америку?
– Хочешь пошутить? – рявкаю я.
– Успокойся, перестать нервничать. Он не может улететь. Пусть просто не выходит из квартиры.
– Думаешь, он не проверит его местоположение?
– Если бы хотел, уже проверил. Он думает, что загнал тебя в клетку и его тоже. По его мнению, вы не рискнёте друг другом, воспользуйся этим. Ты что-нибудь нашла?
Страница обновляется сама, и нужное письмо моментально приковывает к себе всё внимание.
– Я должна идти, – говорю я, сбрасывая вызов.
Сразу печатаю всё, что получила и спешно бегаю глазами по счетам, на которых миллионы. Становится плохо от сумм, которые вижу. Я точно знаю, эти деньги могут означать смерть кого-то, чтобы отец заполучил их. История пополнения красочней некуда. Никаких развёрнутых ответов, только название фирм и сумма перевода. Следующий час проходит в поисках этих самых компаний, которые делали переводы. Голова идёт кругом, но я настойчиво продолжаю собирать информацию, обзванивать их и узнавать все детали. Я вовсе не удивляюсь, когда не слышу радостных голосов, как только произношу свою фамилию, кажется, я собираю целый букет ненависти в свой адрес. Меня бросает то в жар, то в холод, но скорей, дело в гармонях, чем в том, что меня действительно это беспокоит. Из всего я делаю только один вывод: каждая фирма была кинута моим отцом. Он брал деньги и не выполнял условия. Некоторые из них уже не существуют, и всё благодаря одному человеку – Вильяму Мелтону. Мой ублюдок отец обокрал и обанкротил их. Даже не десятки, а сотни людей остались без работы и без денег. Но вишенкой на торте является не мой отец, а я, будь я проклята. Это моя подпись и инициалы стоят на каждом листе. Получается, что их обокрала я. И я не знаю, что с этим делать.
Глава 15
Я вчитывалась в каждую бумажку, которую распечатала с документа, присланного банком. Подписи, подписи и ещё раз подписи, а ещё кучу имён и ни одного слова об этом сукином сыне. Буквально всё сделано так аккуратно, качественно, что к нему не подобраться. Если я все эти доказательства и ещё то, что откопала в кабинете вместе с Фелицией, предъявлю полиции, то в тюрьме окажусь я. Какого хрена вообще…
Телефон на столе завибрировал и почти соскользнул на пол, но я быстро среагировала.
– Что надо? – рявкнула я, не глядя на того, кто звонит.
– Всё настолько дерьмово? – бархатный голос прошёлся по моей напряженной спине массажем.
Я ссутулилась и дала волю слезам. До этого я ещё пыталась держаться, напряжённо скользя взглядом по буквам и осознавая всю плачевность ситуации.
– Мы в заднице, Диего. Кажется, я навсегда буду его марионеткой.
Тяжелый вздох стал мне ответом.