- Ваш завтрак, мисс, - вошла служанка, неся огромный поднос еды.
Пока я утоляла недельный голод. Она, под моим пристаням вниманием, готовила мой наряд.
- Нет-нет, давай лучше голубое! - Раздавала я указанию, прерывая жевание булочки.
Мой выбор остановился на голубом легком платье. Раз уж венчание у нас необычное, значит будет платье не белого, а моего любимого цвета. Из украшений я выбрала короткое ожерелье с бабочками и алмазами, а к нему такие же шпильки.
Когда с платьем и завтраком было покончено, девушка заплела мне лёгкую причёску с полупаспущенными косами, и закрепила шпильки.
- Вот и все, мисс, - она сделала реверанс и вышла.
Я не хотела задерживаться у зеркала, однако идеальное сочетание платья и украшений подняло мое настроение в сотню раз.
- Вкус магией не отняяять! - Тихо пропела я и вышла в холл.
Эйдан расхаживал возле камина. Он уже был в чёрном сюртуке, рядом стоял нарядный Антуан.
Они оба взглянули на меня почти одновременно.
У Антуана, казалось, даже слеза покатилась, а Эйдан замер на месте.
- Если бы Ваш отец видел это! - Гордо произнёс Антуан и подойдя ко мне, взял под руку.
Эйдан улыбнулся и, отведя взгляд, повёл нас за собой.
Мы вышли через один из боковых проходов замка, нас ждал экипаж.
- Мы будем венчаться не в замке? - Спросила я, сев внутрь.
- Мы поедем в часовню, в которой венчались твои родители, - произнёс Эйдан.
Я удивленно посмотрела на Антуана. Он улыбнулся и, кивнув, сжал мою руку.
Дорога была быстрой, и, выйдя из экипажа, я оказалась поражена красоте этого места. Мы отъехали совсем недалеко, однако старая часовня, из коричневого кирпича, словно заброшенная стояла посреди цветочных полей. Было около одиннадцати утра и солнце светило не в полную мощь, однако тут стоял зной. Вокруг порхали бабочки и было много пчел. Стоял невероятный запах от всего великолепия заросших дикими цветами полей.
Эйдан шёл впереди, а мы с Антуаном за ним.
Когда мы вошли, священник уже ждал нас и, без всяких церемоний, Антуан передал мою руку Эйдану, после чего начался обряд венчания. Он был непривычным, я учила слова этого обряда с самого детства и могла точно определить, что обряд очень старый.
- Повторяй за мной, - произнёс священник, прервав мои мысли, - Я, Катрина, дочь герцога по рождению, клянусь быть верной женой и любящей матерью твоим детям Эйдан.
Я повторила все в точности, затем он обратился к Эйдану:
- Я, Эйдан, сын князя по рождению, заслуживший чин герцога клянусь быть верным мужем и защитником, любящим отцом твоих детей.
Эйдан без колебаний повторил эти слова, уверенно смотря мне в глаза.
Затем священник обвязал наши руки белым полотном и шепотом произносил молитвы. После того, как мы по очереди поцеловали книгу, он произнёс:
- Дети мои, теперь вы едины.
Эйдан приподнял мой подбородок и аккуратно поцеловал в губы. Закрыв глаза, я ощутила, как сотни бабочек, кружащих на полях вокруг часовни, наполняют всю меня и как пылает сердце.
11 глава
Утром я проснулась в постели одна. Рядом с дверью теперь стояло два чемодана, значит уже довольно поздно. Как же я могла так крепко спать?
Я услышала шаги и почти сразу вошёл Марсель. Он был в белой накрахмаленной рубашке, расстёгнутой до груди и темно-коричневых штанах.
Я вылезла из под одеяла и села в кровати, облокотившись на подушку.
- Я разобрался с делами, можем ехать, - с порога заявил он.
Я ещё раз взглянула на чемоданы и аккуратно встала с кровати.
- Мне нужен час, - ответила я.
Он кивнул и вышел.
Я заснула во вчерашнем платье, только умывшись, поэтому мне срочно нужна была ванна.
На ее приготовление ушло минут 20, на водные процедуры ещё столько же, поэтому, выбрав легкое летнее платье нежно-розового цвета, я тут же поспешила за зовом живота-на кухню. Однако стол ещё был накрыт и терпеливо ожидал меня.
Я была безумно голодна, но, как только взялась за ещё тёплую яичницу, спустился Марсель.
- Как пунктуально, - тут же отреагировала я, но он молча прошёл мимо и вышел из дома.
Через десять минут и я пошла туда же.
Экипаж стоял в полной готовности и, казалось, ждал только меня, однако Марселя в нем не было.
- Где же герцог? - Спросила я у кучера, высунувшись из экипажа.
- Господин пожелал ехать верхом вперёд, - ответил он.
Я находилась в смешанных чувствах.
С одной стороны я ещё злилась на Марселя, с другой-мне хотелось верить во все, что он сказал ночью. Сердце печально заныло. Возможность быть рядом во время поездки упущена, а значит, по крайней мере, я умру со скуки.