Экипаж тронулся и мы отправились обратно, в своё королевство.
Первая половина дня прошла скучно. Не смотря на то, что вокруг простирались прекрасные цветущие поля, знойный летний полдень сильно душил. Экипаж спасал от жары своей тенью и открытыми окнами, однако мне было не по себе. Первая остановка произошла далеко за обед, но, как только меня накормили, поездка продолжилась. Марсель уехал далеко вперёд, оставив со мной двух стражников, видимо этим и обуславливалась такая спешка, он явно не хотел, чтобы мы вообще останавливались.
Ближе к вечеру стало прохладнее. Я все ждала, когда же мы, наконец, приедем на ночлег, ведь не проведём же и ночь в дороге. Однако время шло, экипаж все также нёсся и подпрыгивал, темнело, но мы продолжали путь.
Через некоторое время я не выдержала и со всей силы забарабанила по стенке. Кучер, продолжая править, спросил, что изволит госпожа.
- Госпожа изволит остановиться и отдохнуть! - Как можно громче отозвалась я, пытаясь перебить бешенный стук копыт, отдающийся гулом.
- Не дозволено, - только и крикнул он в ответ.
Сил терпеть уже не было. Голова раскалывалась, а спина превратилась в ноющий камень. Я со всех сил заколотила ногами по полу, однако это движение сделало только хуже.
Неожиданно экипаж остановился.
- Неужели! - Облегченно вздохнула я и тут же услышала посторонние звуки.
Со всех сторон раздавался топот коней, также я отчетливо различила звук металла, значит - всадники.
Стало не по себе. Вокруг послышались мужские крики.
Я аккуратно подвинулась к окну и отодвинула край шторы, когда дверь в экипаж резко распахнулась.
- Марсель... - Недоуменно произнесла я, прежде чем он сел внутрь.
12 глава
Катрин
Мы вернулись в королевский дворец как ни в чем не бывало. Всю дорогу Эйдан сжимал мои руки и, наконец, теперь никто бы не посмел упрекнуть его в этом. Несмотря на то, что венчание по нынешним традициям составляло лишь часть бракосочетания, все притязания на меня королевы теперь были невозможны. Хоть Эйдан и старался скрыть от меня все свои переживания по этому поводу, прочесть их можно было по его лицу.
- Когда мы объявим при дворе? - Тихо спросила я, утыкаясь носом в его белую рубашку.
- Держу пари, весь двор уже говорит об этом. - Ответил он.
- Как это? - Удивленно спросила я, оторвавшись от него. Неужели я не первая, кто узнал о моем же венчании.
- Ты не так поняла, - тут же ответил он, - я воспользовался нехитрым умением фрейлин разносить по дворцу слухи, сказал, что ты моя жена и никакой юный князь не имеет ни малейшей возможности даже подойти к тебе.
Я рассмеялась.
- Эйдан, но ведь меня ещё даже не представили двору с тех пор, как мы приехали.
- Ты была больна, - напомнил он, - однако нам не стоит раскрывать Ее величеству всех подробностей сегодняшнего дня, хорошо?
Я кивнула, хорошо понимая, к чему он. Эйдан заботился обо мне, боялся лишнего ко мне внимания, поэтому его небольшая ложь совсем меня не рассердила.
Как только мы подъехали ко дворцу, нас навстречу выбежал помощник королевы Одетт, господин Одинберг. Старый маленький старичок, с добрым взглядом и простодушными голубыми глазами, контрастирующими со смуглой сморщенной кожей. Я удивилась, как же ему удалось при всех интригах и сплетнях дворца сохранить этот детский взгляд.
- Герцог, - обратился он к Эйдану, - герцогиня, - затем ко мне, поцеловав в руку, - Ее величество желает видеть вас, - и, помедлив немного, - сейчас.
Эйдан заметно напрягся.
- Что же, идемте, - ответила я за него.
Мы шли по огромным коридорам дворца и только миновав тронный зал стало немного спокойнее. Значит не будет представления на публику. Он привёл нас к кабинету королевы. В прошлый раз я ощущала некоторое волнение, стоя перед этой дверью, однако сейчас сердце билось спокойно.
После разрешения с той стороны двери мы вошли внутрь.
Не успела я и реверанс закончить, как королева сказала:
- До меня дошли слухи, Эйдан, что сегодня утром вы с юной герцогиней обвенчались в старой часовне?
Ее лукавый взгляд, казалось, не предвещал ничего страшного, однако какая монаршая особа не была с детства обучена лукавству.
- Ваше Величество, от вас ничего не утаить, - ответил ей Эйдан, словно подыгрывая.
Воцарилось неловкое молчание. Ведь я соврала ей при первой встрече, сказав о состоявшейся помолвке, однако она тогда словно поняла, что я лгу. Конечно, совсем не по этикету проводить подобную церемонию, особенно в нашем положении, и она это понимала, однако только сейчас я уловила небольшую волну раздражения, прокатившуюся по комнате. Я напряглась. Волна явно прошла от Одетт, однако она и виду не показала.