- Ир хамма, – сорвалось с моих губ. – Лети откуда пришло.
Правильно ли поступила – не знаю, но на душе было спокойно. Поэтому вооружилась метлой, тряпкой и ведром, и отправилась мыть и чистить свой чердак.
К вечеру комнатка была чистой и почти уютной, даже зановесочки на маленьком окошке весели. Под грудой различного хламья были найдены кровать, стул и даже сундук, в который я перетащила свои не хитрые пожитки. Богдан помог затащить наверх соломенный тюфяк и пару шкур. Я же стащила из кухни небольшой котелок и кружку, чтоб можно было готовить себе взвар или простейшие зелья. Когда в окно заглянула луна, а свечи не хватало, чтоб разогнать из углов тьму, на меня навалилась усталость. Но, зато душа пела и радовалась, теперь у меня есть личное пространство и если в следующий раз дядя решит меня запереть, то отбывать наказание буду не в холодном погребе. Красота!
Глава вторая.
Аксинья.
Уже месяц как я не выходила за пределы двора. Поначалу было сложно и не столько от того, что хотелось прогуляться по общине, сколько от постоянного внимания. Многим было интересно, пробудился у меня дар или я умом повредилась, раз пошла наперекор законам. Поэтому первые пару недель в дом к дяде постоянно приходили люди. Теперь общинные шли за советом к Старшему по любому вопросу. Оставаться незамеченной было крайне сложно. Ведь домашнюю работу никто не отменял. А значит то и дело приходилось сталкиваться с любопытствующими и жадными до слухов ведьмами. Моего терпения хватило ровно на два дня перешёптываний и болтливости вездесущей Лянки. Утром третьего дня, я надела платок, правда платье оставила яркое в цветочек и глаза уже не прятала. В конечном итоге я под защитой своей семьи, раз уж дядька смилостивился, оставил и не отрёкся от бестолковой племянницы.
Поток ''страждущих'' постепенно прекратился, правда через забор заглядывать не перестали. Ну, и Ясна с ними.
Я потихоньку привыкала к новым правилам, занималась привычными делами, а главное училась владеть своим даром. Хуже всего давался контроль, особенно в приступе злости. А они случались не редко, ведь Лянка не упускала возможности поддеть меня или попытаться напакостить. Впрочем именно по причине собственных пакостей уже не раз ходила с лёгкими увечьями или страдала от кожной сыпи. Дядя и Богдан не вмешивались, хотя прекрасно понимали, что к чему. Главное правило Ведьмаков, не мешать юным Ведьмочкам разбираться. «Попакастят друг другу, да успокоятся.» – так частенько говорит самый старый ведьмак, которого вся община считает дедом.
Теперь мне кажется, что именно по причине невмешательства мужчин, стало мало ведьм. Извели друг друга.
Когда начался второй месяц моего вынужденного домоседства, а в лесу зацвело разнотравье, я решилась спросить у дядьки дозволения выйти за ворота. Хорошо помня его наказ выходить за травами только рано утром или поздно вечером я решала какое время лучше выбрать. Но ночью можно собирать только определённые травы, а значит встать мне предстоит ещё до рассвета.
Брата дома не было, его отправили в другую общину ещё неделю назад и поддержать меня сейчас было некому. Руки мелко дрожали, когда я с миской полной ещё горячих пирогов и кувшином парного молока шла в одну из комнат. Обитель дядьки располагалась в конце длинного коридора и была точным отражением своего хозяина. Мрачноватое помещение в которое свет проникает сквозь небольшое окошко, занавешенное тёмной шторкой, навевало не самые приятные ассоциации и чувства. Грубая мебель была конечно добротной, но казалась неимоверно тяжёлой и устрашающе большой. Мглу по углам разгоняли лишь пара свечей, да очаг, который до сих пор топился, в противном случае помещение было бы очень холодным. А дядюшка и так постоянно мёрзнет.
Мне всегда казалось, что даже огонь в этой комнате не весело потрескивает, а зловеще шипит.
Отгоняя подальше свои пугающие ассоциации и страх, я передёрнула плечами и отворила дверь.
- Старший, разрешите войти.
- Входи, Аксинья. Хорошо, что пришла.
Неуверенно я вошла в комнату и подойдя к столу пристроила с краю миску с пирогами и молоко.
- Я тут Вам принесла поесть, а то Вы всё в заботах и делах. О нас всех думаете и себя не бережёте. – лесть дядька любил почти так же как звонкие золотые монеты, поэтому и начать я решила именно с неё.
- Ну раз ты так переживаешь, за своего дядюшку, так помоги мне, – криво усмехнулся Старший, прекрасно понимая, что в моих словах нет и десятой доли правды.
- Чем же я могу помочь, Старший?
- Знаешь, Аксинья, у тебя есть только одна хорошая черта – ты умеешь правильно задавать вопросы. – дядька выдвинул один из ящиков стола и вытащил оттуда пожелтевший от времени листок. – Завтра к нам в общину приедут очень важные, кхм, люди, и нам с ними очень важно договориться. А так как характер у них тяжёлый, то это будет сложно. Если конечно ты, племянница, не постараешься.