«Снова засиделась», проговорила вслух Алена, глядя на часы. Времени на сон оставалось не больше двух часов.
Голова болела ужасно. С этой болью Алена встала с кровати, с ней и пришла на работу. Чувство, что на ней тяжелая стальной обруч, которая сдавливал виски так сильно, что казалось, вот-вот затрещат кости. На завтрак три таблетки обезболивающего и стакан воды. Легче не стало. В моменты, когда спазмы становились сильнее, девушка не могла даже сконцентрировать взгляд – картинка расплывалась и от рези в глазах текли слезы. Она вошла в уборную, в надежде, что холодная вода поправит ситуацию.
Солнечный свет ослеплял, отражаясь в глянцевой поверхности белого кафеля. Голова закружилась, окружающий мир потек, словно на холст вылили трехлитровую банку белесой краски и она густым толстыми медленным потоком стекала вниз.
« - Тварь. Подлая, мерзкая тварь. Ты у меня еще попляшешь. Я тебе покажу. - Шипела маленькая слегка сутулая девушка, стоя на подоконнике. Распахнутое огромное окно уборной позволяло ей выпрямиться в полный рост. Холодный зимний воздух заполнил комнату и тихонько колыхал собранные в высокий хвост темные волосы. Дешевые сапоги валялись на полу, а их хозяйка осталась лишь в тонких капроновых колготках, что цеплялись за деревянную раму, неоднократно крашенную в белый цвет. – С третьего этажа – ничего не будет, может ногу сломаю, а ты… а ты сядешь за подстрекательство к самоубийству. Всем расскажу, какая ты змея. Сколько снега выпало, должно быть мягко. Ты узнаешь, как со мной связываться. – Облизав пересохшие губы, девушка шагнула вниз».
Алена очнулась в больнице от невыносимо тянущего чувства тоски. Казалось, где-то глубоко в груди, ее приковали цепью к огромному валуну, и теперь он летит в бездонную пропасть. Вот-вот цепь закончится и дернет ее следом.
Видя, что глаза пациентки открылись, Марья Федоровна бросилась к девушке
- Солнце мое ты как? – Тучная заведующая отделением смотрела с волнением и сопереживанием. – Я не знала, кому звонить, позвонила какому-то Денису, его номер в твоем телефоне мелькал чаще всего. Как ты себя чувствуешь? Всех напугала.
- Да вроде не плохо. Голова уже не болит. А что вообще случилось?
- Это ты мне скажи. Мы тебя в туалете на полу нашли. Лежала, будто мертвая. Холодная. Даже сердце не билось. Но скорая приехала, сказала, что все хорошо. Переутомление.
- Да, я действительно в последнее время очень мало сплю. Я могу ехать домой?
- Давай дождемся уже твоего друга, чтоб я с чистой совестью тебя передала.
Денис ворвался в приемный покой как сумасшедший: волосы взъерошены, сам бледный и глаза бегали по сторонам, пока не остановились на Алене.
- Слава богам. Ты как? Что говорят врачи?
- Все нормально. Переутомилась.
- Это все из-за нашей поездки ко мне? Извини. В следующий раз что-нибудь другое придумаю.
- Нет. Нет, все в порядке. Это не то. – Слушала Марья Федоровна не отрываясь, глаза округлились, она с трудом сдерживала победную улыбку владелицы новой эксклюзивной сплетни и аж дернулась, когда Денис резко повернулся к ней.
- Спасибо, что позвонили, что посидели с ней. Я очень благодарен. Торопился не смог купить ни конфет, ни цветов, но пожалуйста, возьмите. – Денис просунул пятитысячную купюру в отекшую ладошку. – Вы не представляете, насколько вам благодарен. – Раскрасневшись не то смущения, не то от радости наживы начальница вышла из кабинета.
- Какая милая женщина. – Денис поддерживал Алену, помогая встать
- Чтоб она проявила снисходительность, надо помереть или хотя бы попытаться.
– Не говори так. Я очень волновался. Поедешь ко мне, буду за тобой присматривать.
- У меня есть, где жить.
- Да, но там ты одна. Вдруг опят станет плохо? Кто тогда вызовет скорую?
- Тут ты прав. Сама если честно очень испугалась. Знаешь, когда я потеряла сознание, я будто видела сон. Похожий на те, что снятся мне про Тодóра и Тамару, только этот был такой яркий. Я прям чувствовала, как капроновые колготки в которых она стояла на оконной раме цеплялись за дерево, я дышала зимним воздухом.
- Кто она? - Денис замер на его лице было легкое недоумение.
- Девушка, которая выбросилась из окна. Она не хотела умирать, а только проучить кого-то.
- Какая-то патология.
- Не без этого.
- Может она тоже хочет, чтоб ты написала и про нее? Хочешь, могу узнать, выпадал ли кто-то из ваших окон?
- Не трать свое время на глупости.