– Пусть только сунется сюда, и мы его разобьем, – пообещала Варвара, – его войско не настолько сильно.
– Всенепременно разобьем, – шутливым тоном согласился Рогволд, – или он нас. Тут как бог решит. У нас людей побольше, а у короля – конницы. А ведь есть еще замечательный богатырь, носящий славное имя Илья. Как он себя чувствует, а, боярин?
– Муромец нападает не только на нас, но и на Сигизмунда. У него около пяти тысяч копий, и все воины – конные.
– Около шести тысяч копий, – ласково поправил хозяина тайного двора князь, демонстрируя хорошую осведомленность. – Тоже проблема. Вот как с ним быть? Наше войско просто не может его догнать, он не вступает в бой, нанося удары там, где хочет сам.
– Мы же знаем, что это войско рода Добрыничей, – подал голос обычно молчащий Ярополк, – можно же взять заложников, потребовать сдачи.
– Нельзя так поступать, – покачала головой Варвара, – пожар междоусобицы нужно тушить, а ты предлагаешь туда сухого хворосту подкинуть.
– И что нам со всем этим делать? На востоке продолжают сопротивляться черниговцы, берендеи не собираются сдаваться, на западе Сигизмунд с Муромцем. И все бы ничего, если бы не степняки. То, что они сотворили с островом Буяном, лично меня пугает очень сильно.
– Вчера кочевники взяли Херсонес, – доложил боярин Полкан. – Всех, кто оставался в городе, предали мечу. Старика-архипастыря вытащили из храма и привязали к лошади. Так и протащили по улицам до порта, где и скинули в воду…
– Ужас!.. – не выдержала Аленушка.
Девочка всегда присутствовала на всех собраниях, но говорила мало, в основном слушаясь бабушку. Тем не менее без нее никогда и ничего не решали. Девочка присутствовала даже на малых советах, когда Рогволд и Варвара собирались с молодой княгиней втроем. Вчетвером, если считать Колывана. Трофима и других стражников на малые советы никогда не пускали, самые важные вопросы решали там. Трофим понимал, что девчушку обучают, и в глубине души смеялся над планами когда-нибудь сделать из Аленки настоящего правителя. Глупцы не понимали, что живет девочка последние дни, пусть даже не надеются, что он промахнется или что-то сделает не так.
– Это действительно ужас, – согласился боярин Полкан, – даже я, уж на что, казалось бы, человек привычный, даже зачерствевший – и то у меня мурашки шли по коже, когда я читал донесения о том, что делали степняки с населением Буяна…
– Избавь нас от подробностей, – отмахнулась Варвара, – если мы не закончим в ближайшее время междоусобицу и не отобьемся от Сигизмунда, все это будет уже у нас, и очень скоро.
– Главная проблема – Сигизмунд, – палец полоцкого князя уткнулся в обозначение Смоленска на карте, – вот тут сейчас решается все. И судьба всего нашего государства зависит от какой-то банды варягов. Если Белое королевство возьмет Смоленск, Сигизмунд захочет большего. Надо попробовать договориться.
– Тогда он себе возьмет Галицко-Волынское княжество, – а этого нельзя допускать. Это же чуть ли не четверть государства, – опешил Ярополк.
– Это если нам повезет, – угрюмо парировал Рогволд, – но на это я бы не рассчитывал.
– Кто-то тут слишком легко разбрасывается государственными землями, – заметила Варвара, – не стоит забывать, что у нас еще вполне боеспособное галицкое войско и претендент на княжение имеется.
– Лютополк-то? – Князь отмахнулся, как от назойливой мухи, от такого смешного предложения. – У него никакой поддержки в княжестве. Посадить на трон его можно только на копьях и мечах Тридевятого царства. Вот только у Сигизмунда тоже копья и мечи имеются. И хорошая система крепостей. Нет, этот кусок уже потерян, советую смириться с этой мыслью. Даже если вообразить невозможное и представить, что под Смоленском королевская армия будет разбита в пух и прах, он сможет отойти к галицко-волынским крепостям и, укрепившись там, удерживать наши осады год-другой. Надо объяснять, что случится за этот год?
– Надо!.. – тихо пискнула Аленушка, но тут же сжалась под тяжелым взглядом бабушки.
Полоцкий князь хотел что-то сказать, даже улыбнулся сам себе, видно придумав хорошую шутку, но спустя мгновение стал предельно серьезен и не кривляясь ответил:
– Степняки остров Буян разорили, до нашего царства им один переход остался. Зимой не пойдут, им обогрев нужен, а коням – корм. По весне ждем вторжения, и не легкого набега, а настоящей беды. Если враг сожжет только половину нашего государства, я буду радоваться и считать, что легко отделались. Понимаешь, милая?