Он нашарил в карманах бушлата две оставшиеся лимонки и не вставая, изо всех сил метнул их одна за другой в сторону, откуда бил не умолкая пулемет. Грохнуло! Два взрыва слились в один, взвизгнули, проносясь осколки, а Игорь уже несся к спасительным дверям. Господи, только бы не заперто!
Оказалось заперто, но Игорь, вложив в бросок весь свой вес, проломил оказавшиеся хлипкими доски и вкатился внутрь сеней. Черт, пулемет отлетел в сторону! Не было времени тянуться за ним, да и тяжелое оружие ой как неудобно в тесном помещении. Вместо этого Игорь вырвал из-за голенища на совесть отточенную финку. Так, в сенях никого. Он прянул к дверям, ведущим в теплую часть дома. Так и есть! Вовремя! Дверь распахнулась и наружу высунулся ствол автомата с примкнутым штык ножом.
Не рассуждая, Игорь ухватился за ствол и рванул его на себя, уходя вниз и вгоняя лезвие ножа в пах бандиту. Тот взвыл, сразу отпустив оружие, и Игорь не тратя время на добивание, прыгнул вовнутрь, завладев автоматом порезанного.
Обычная деревенская горница. Большая русская печь, стол, несколько стульев. Дверные проемы двух смежных комнат. Два тела, что лежат возле печи, мужчина и женщина, пожилые, мертвые. И два бандита, один из которых держал дверь под прицелом.
Очередь прошла выше, целились на уровень груди, а Игорь летел гораздо ниже. Двое, один, кряжистый, заросший двухнедельной щетиной мужик с автоматом. Второй, помоложе, верткий, ловкий, опасный, но безоружный. Первого Игорь снял короткой очередью, еще не коснувшись пола, а вот второй… Второй успел преодолеть разделявшие их метры и чертовски сильным ударом выбить из рук автомат. Игорь подсек парня, точнее постарался подсечь, но тот успел подпрыгнуть, уходя, и в свою очередь влепил ногой Игорю по левому боку. Удар был силен, не будь на нем бронежилета, сломанные ребра были бы гарантированны. А так этот удар лишь отбросил к стене. Игорь вскочил, держа финку обратным хватом, лезвием наружу. Парень, чернявый, словно цыган, заворчал и молниеносно выхватил роскошно отделанный охотничий нож, гибко перетек в замысловатую стойку. Ушу? Наверное. Ну, посмотрим, какого оно против армейского рукопашного. Что ж ты невооружен то гнида? Ну, невооружен и слава богу, чем бы это ни было вызвано. Не было времени оглядывать горницу, больше врагов в ней нет, это Игорь чувствовал, а следовательно нет нужды любоваться крестьянскими интерьерами.
Он выжидательно замер, восстанавливая дыхание и приглядываясь к противнику. Лет двадцати пяти, чернявый, смуглый, нос горбинкой. Парень лучился силой и уверенностью. Чуть выше Игоря, пожалуй даже немного шире в плечах, и его движения были движениями хищного, поджарого волка. Одетый в новехонький натовский комбинезон с почему то расстегнутой ширинкой он куда как превосходил маневренностью упакованного в бронежилет Игоря. Но с другой стороны, бронник и сфера защищали самые уязвимые места. Что ж, шансы пожалуй есть. Но мать ети, как же уверенно парень держит нож.
Они кинулись друг на друга одновременно. Игорь ушел вправо, выкидывая руку в секущем движении, промазал, повел на колющий, увидел мелькнувшую перед глазами сталь. По щеке резануло, обожгло огнем, он не успел уклониться! Но и сам таки дотянулся до неприятеля. Парень скривился, отскакивая, держа на весу оцарапанную левую руку. Игорь прыгнул вперед, удар сверху, что в середине траектории переходит в боковой, от него нет защиты! Парень успел увернуться, в свою очередь прорезав плотную ткань бронежилета, лезвие звякнуло о броневые пластины, отскочило. Оба на, ты что, не понял, что я в броне? Игорь ударил ногой в открывшийся бок, ногу отбросили, черт, больно! Нарваться на блок, ну ты силен, противничек!
Он пропустил еще один удар, левую руку ожгло глубоким порезом. Нет, ну какова сила удара! Прорезать бушлат, куртку и распластать мясо предплечья до самой кости! Плохо, очень плохо, левый рукав стремительно пропитывался кровью, еще немного и он начнет слабеть. Еще один удар, в неприкрытое бронежилетом горло. Игорь успел отскочить и понял что все, дальше отступать ему некуда, сзади стена. Теперь противник не торопился, несколько минут и Игорь ослабнет от кровопотери, вон, крупные багряные капли с рукава уже густо испятнали пол. Боли он пока не чувствовал, боль всегда приходит после боя, а пока ей нет места, умный организм сам гасит ее бешеным выбросом адреналина, не давая разуму человека отвлекаться в момент жестокой схватки за жизнь.