Первыми опасность заметили двое дозорных, выставленных на дороге ведущей в Питер, в пяти километрах от поселка. Два десятка «зубил» и, вертолеты! Обыкновенные земные вертолеты, работяги Ми-8. Удивляться этому, времени уже не оставалось, парни успели связаться по полевому телефону с поселком, но предупреждение слишком запоздало. Нападающие преодолели пять километров менее чем за две минуты и к тому моменту, как они оказались над Березовкой, мало кто из защитников успел схватиться за оружие. Навстречу заходящим на штурмовку «зубилам» потянулись жиденькие струи трассеров и дымные столбы гранатометных выстрелов. Все тщетно! Два пулеметных гнезда были уничтожены раньше, чем сумели хоть раз попасть в противника, а автоматные пули бессильно отскакивали от камуфлированной брони летающих убийц. Попасть же в верткую цель из гранатомета можно было разве что случайно, да и сколько их было, этих гранатометов, в деревне, из сотни жителей которой, лишь дюжина служили в силах самообороны.. Один за другим вспыхивали подожженные сгустками плазмы избы, метались в панике люди, спасения не было. Отрезая бегущих от леса, на опушку уже садились вертолеты, выпуская из своего нутра те самые штурмовые киберсистемы, проклятых «кошек». Староста лично возглавил прорыв, но шансов не оставалось, тяжелое оружие защитники использовать не успели, а от ручного толку практически не было. Контратака захлебнулась, едва успев начаться, рассеянные убийственно точным огнем киберсистем, защитники полегли до последнего человека, стараясь дать спастись остальным. Но спасения не было.
Татьяна, схватив в охапку детей, бросилась к озеру, там, в камышах у них была призрачная возможность отсидеться, но проклятые пришельцы учли и это. Два «зубила», отделившись от носящихся над домами, перекрыли и этот, последний путь.
– Господи, да что же это дееться то?!
Она, спотыкаясь и тяня за собой Виталика и Марьюшку, кинулась к избе. Подпол! Он достаточно глубок и если бог милует, то они смогут отсидеться там! Спящий на руках Игорек, от тряски проснулся и начал взахлеб плакать.
– Подожди, сынок, потерпи маленький.
Они спустились в подпол. Глубокий, надежный подпол, выкопанный еще во время Великой отечественной, даст бог, здесь их не найдут.
В то злополучное утро, Игорь с десятком людей находился в семи километрах от главного поселка, сопровождая восемь груженных продовольствием телег. В очередной, контролируемой их родом деревне отряд уже ждали. Игорь пересчитал мешки с молодой, только что выкопанной картошкой и удовлетворенно кивнул, сделав пометку в блокноте. Староста, седой, но еще крепкий мужик в поношенном камуфляже, достал из-за уха загодя свернутую козью ножку.
– Все сходиться, Игорь Викторович, лично проверял, сорок мешков.
– Да, теперь жди нас после уборки хлеба.
– Урожай нынче не очень, Игорь Сергеич.
– Лишнего не заберем, Степан Кондратьич, но и своего не оставим.
Староста крякнул, но возразить не успел, из-за яблоневого сада к ним бежал босоногий пацаненок.
– Дядя Степан, дядя Степан, беда!
– Что за беда то, етить твою, постреленок?
– Овинцево горит, звонили оттуда, напали на них!
Игорь помертвел. Семья! Он ухватил пацаненка за плечо.
– Кто напал?!
Тот шмыгнул носом и пожал плечами.
– Не знаю, дяденька. Мне тетя Оля сказала, что позвонили, крикнули, мол напали на них и все.
Игорь выпрямился, до боли сжав кулаки.
– Степан Кондратьич, телеги я оставлю у вас. Отряд, ко мне!
Они подбежали, на ходу дожевывая яблоки.
– Выпрягайте коней, Козлов, Валентайн, вы остаетесь здесь, остальные, за мной!
– Что случилось то, командир?
– На Овинцево напали! Быстрее, вашу мать!
Он первый кинулся к телегам, не глядя рубанул ножом по постромкам, и отбросив оглобли вскочил верхом.
– За мной! Не отставайте!
Игорь перекинул пулемет за спину и с места рванул галопом, не заботясь о том, догонят ли его отставшие. Таня, дети, что с ними?! Господи, быстрее! Мимо проносились деревья, неширокий ручеек, с крутыми берегами, конь перепрыгнул, едва не сорвавшись, но Игорь перенес вес вперед и тот все же сумел зацепиться копытами за берег. Быстрее! Он гнал, практически ничего не видя перед собой, захваченный лишь одним – оказаться рядом с семьей, спасти! Он должен успеть!