Он еще раз оглядел громады замаскированных танков. Нет, их не засекут, за последние годы люди на горьком опыте постигли возможности вражеских сенсоров. Крошечная оплошность и все, их обнаружат. Когда жизнь отделяет от смерти крошечная оплошность, очень быстро постигаешь великое искусство оставаться незамеченным до самого последнего момента. А до момента этого оставалось не более двух часов, двух часов до рассвета и рывка этих замерших громад. Наверняка рывка последнего. Игорь не питал иллюзий, отойти, не потеряв технику им не дадут, но это и не важно. Главное сохранить людей, дать понять остальным, что с пришельцами можно бороться, можно их бить! Люди должны поверить в эту возможность, в возможность не отсиживаться по норам, не пассивно обороняться, но бить самим и выигрывать эти бои!
Рассветало, в лесочке возле балки вовсю заливались соловьи, приветствуя очередное весеннее утро. Вокруг бушевал май. Менее часа до начала, пора поднимать людей. Еще раз уточнить план атаки, пути отхода, проверить технику и амуницию. Как много всего предстоит сделать за этот, такой короткий час.
– Подъем! Стройся!
Триста человек выстроились на опушке, еще слегка сонные, но уже готовые идти вперед. Здесь стояли исключительно добровольцы, те, кто подобно Игорю потерял все и поэтому не боялся пойти за своим командиром хоть в ад, лишь бы отомстить!
Игорь оглядел строй, они стояли, не шелохнувшись, ожидая его слов, которые для многих отделят жизнь от смерти. Они рвались в неизвестность, никто и никогда не слышал об удачных попытках взять штурмом лагеря пришельцев, даже такие маленькие, как этот, вольготно раскинувшийся в трех километрах отсюда.
– Солдаты, вы все знаете, на что мы идем! Все вы пошли на это добровольно и теперь я жду от вас одного – победы! Мы обязаны выиграть этот бой, иначе люди потеряют надежду! Мы должны доказать, что пришельцев можно бить! И нужно бить! Бить, сполна рассчитываясь с ними за все! За смерть наших детей, за разрушенные города, за уничтоженную надежду! Я часто слышу, что на Землю опустилась Тьма, но запомните и вы – за Тьмой всегда приходит рассвет!
Бойцы взревели, Игорь поднял руку, призывая к тишине.
– Много лет мы видели лишь одно – смерть! Так давайте же принесем смерть им! Вы все знаете, что нужно делать, прошу об одном – вернитесь живыми! По машинам!
Сам он запрыгнул на броню Т80, пристроившись рядом с моторным отсеком. Танк задрожал, засвистела раскручивающаяся турбина, рядом рявкнул дизелем заведшийся Т55. Поехали!
Танк дернулся, выкатываясь из оврага, Игорь потеснился, на броню набилось человек десять, охваченных ожиданием схватки бойцов. Его самого ощутимо потряхивало, это не было страхом, скорее азартом, хотя он и не смог бы точно описать всю смесь чувств перед боем. Да и не важно. Они проехали мимо последней рощицы, отделяющей их от поля, за которым лежала вражеская база. Теперь, когда они выехали из оврага, их засекли радарами, или еще какой-нибудь чертовщиной, так что им оставалось одно, двигаться достаточно быстро, чтобы успеть первыми. Танк шел ходко, держа скорость около шестидесяти километров в час, менее трех минут отделяло их от периметра базы. Все, они на открытой местности.
Два километра до цели, сейчас, сидя на броне, Игорь четко различал высокую стену и две башни с лазерными пушками. Точнее лазерными их назвала разведка, в действии эти орудия еще никто не видел, с равным успехом это могли быть и плазменные метатели, не суть важно. Главное в другом, атакующие танки наверняка уже засечены радарами, а поскольку он уже увидел эти башни, значит, те могут открыть огонь в любую секунду.
– Давайте дым!
Сидящий рядом боец, с готовностью вскинул руку и в небо, шелестя, улетела красная сигнальная ракета и секунд через десять, на полпути к базе вспухли клубы густого, черного дыма, сработали заложенные заранее дымовые шашки.
Но где же артилерия?!
Словно отвечая на его вопрос сзади протяжно ухнуло и еще раз, первые два пристрелочных разрыва взметнулись чуть дальше и левее башен, а потом загромыхали все три гаубицы, почти сразу накрыв левую башню. Правая развернуться успела. Она и правда оказалось лазерной, луч, невидимый в прозрачном весеннем воздухе, отчетливо прорисовывался в дымовой завесе. И как бы не наводился ее ствол, точно, что дым не являлся для нее помехой. Первый же луч влепился в лобовую броню головного танка, практически отрезав тому ствол орудия, второй перебил и сплавил траки правой гусеницы. Танк, занесло, он закрутился, словно машина на гололеде, во все стороны посыпались оседлавшие броню пехотинцы, потом Т80 перевернулся, потеряв при этом башню, и финальным аккордом прогрохотал взрыв боекомплекта. Минус один. Игорь прошептал сквозь зубы проклятье, но это было только начало. Второй лазерный жгут практически напополам разрезал не имеющую такой толстой брони БМП. Это была катастрофа, потерять столько сил в самом начале боя, даже не успев выйти на дистанцию огня!