Но женщина его не поняла - видимо это слово, в отличие от "унитаз", не входило в её лексикон
Не сговариваясь, лейтенант и Рон кинулись к ней.
***
"Сейчас и убьют?" - успела подумать Айна, когда двое белых в одинаковой зелёной одежде набросились на неё. Один выхватил сына, другой сбил её с ног и навалился сверху. Это её не волновало - но, увидев, что второй белый бросился на землю, придавив своим телом ребёнка, Айна завыла. Она попыталась вывернуться, но воздух вдруг стал плотным и густым, а небо вспыхуло так ярко, что солнечный день казался глухой ночью в сравнении с этим огнём. Над побережьем поднималось огромное чёрное облако - словно ветер поднял в небо все крупинки чёрного перца, разбросанные по пляжу. Или как будто все души чёрных людей, собравшихся на берегу, вышли из тел и поднялись в небо. И так, в сущности, и было.
***
Когда над поваленной палаткой завис вертолёт, Крысёнок спросил:
- А что с этими делать?
- Ну не оставлять же тут, - ответил лейтенант.
И теперь они сидели рядом в брюхе транспорта.
- Вернусь домой, и сразу к бабам, - Мики хлопнул Рона по плечу, - может в этот раз в самом деле попробую негритянку - добавил он, и вдруг смутился неуместности своей шутки.
- А я домой, к семье, - отозвался Рон и подумал: "Чтобы мой сын и его друзья могли ходить по чистым освещённым улицам, всегда есть досыта и учиться в университетах... можно... всё это... Да мы и раньше убивали..."
И Рон улыбнулся чернокожей женщине - виновато, но радостно.
А Айна была счастлива. Толстый старик пел странную колыбельную её сыну. Она впервые летела над землёй (и этот полёт она не забудет, не то что первую поездку на машине!). Айна пристально вглядывась в сумерки, и вскоре увидела как вдалеке загораются огни на поднимающихся к облакам башнях города.
Конец