- Вестовой!
Осторожно, Ваня. Непонятно, кому эта записка попадёт. Там, в его становище, могут быть... разные ситуации, там уже знают. Что-то. Наверняка, кто-то из свиты под «крылышки» не попал, ускакал к своим.
- Пиши. Алу, твой отец хан Боняк Бонякович истребил Кончака и его прихвостней во множестве. При том погиб сам, вместе с братом твоим Алтаном, ханом Беру и многими иными, бывшими с ними. Геройство его позволило разгромить воинство вражеское, многочисленное аки борови. Ныне вороги бегут в страхе. Не дай пропасть ни капли победы, добытой твоим отцом. Ты наделён им властью - используй. Догони бегущих и бей их, сколь сил хватит.
Что ещё?
- Я буду рад видеть тебя. До завтрашнего утра останусь здесь, у Переяславля. Ещё допиши. Во взятом здесь - пятая доля твоя.
- А чегой-то? Какому-то подханку пятую долю? Его тут и не было вовсе!
Буй-Тур со своими подъехал. Снова курский тысяцкий неудобные вопросы задаёт.
- А тогой-то. Ты глянь по сторонам. Сколь много поганых побитых, в куски порванных, валяется. Ты сам, поди, столько и за всю жизнь не порубил. А вот хан Боняк с одного раза… исхитрился. Не выдать сыну долю за отца погибшего… нечестно. Мы тут все при своих головах, потому что Боняк… своей не пожалел.
- Эт… как это? Он что, один вот такое побоище учинил?!
- Да, Всеволод. Он - один. Гадюке степной все головы по-отрывал. Как Добрыня Никитич Змею Горынычу хоботы по-отшибал.
- А… а как? Ну… он же не саблей… их всех… в куски…
- Не саблей. Придёт время - расскажу. А пока час дорог. Надо вражину добить, додавить насмерть. Выводи людей своих за Трубеж. И гони кыпчаков дальше вдоль Днепра за Сулу. Коней, у кого устали, заменить на взятых в табунах кыпчакских. Оставь малость людей, чтобы барахло разделили, твою долю взяли.
- Какую долю?
- Пятую, тысяцкий, пятую. В деле - пять отрядов, всем поровну.
- Так отряды-то разные! Надо по бойцам делить!
- Ты так заботишься о торках Чарджи? У него клинков более всех.
Фыркнул и молчит.
- Давай, Всеволод, недорубленная гадюка, уползёт, отлежится и снова укусит. Рубить всех. Особенно - вятших. Ханов, куренных, кошевых… сыновей, братьев их… всех.
- Постой, княже. А выкуп? Они ж за себя много чего дадут. И златом-серебром, и скотом, и полоном.
- Никакой выкуп не сравним с ценой мира. Для чего всяк вятший, поведших людей своих на Русь, должен быть казнён. И я буду повторять так, покуда всех, у кого на Русь сходить мысль есть, в землю не закопают.
- Х-ха… повторялка не развяжется? И покрепче нас витязи бывали, а вот не смогли.
- А ты глянь вокруг. Тут по холму поганские вятшие снопами валяются. А в Трубеже и вовсе - реку запрудили. Надо - повторю. Мономаха вспомни.
***
Мономах в «Поучении» своём более напирает на боголюбие и милосердие, но временами, выдаёт:
«А самих князей Бог живыми в руки давал: Коксусь с сыном, Аклан Бурчевич, таревский князь Азгулуй и иных витязей молодых пятнадцать, этих я, приведя живых, иссек и бросил в ту речку Сальню. А врозь перебил их в то время около двухсот лучших мужей».
***
Fr 9
Глава 815
- Планы-то какие?
- План, Всеволод, простой. Выводи людей за реку и гони поганых сколь сможешь. К закату ставь лагерь, а сам возвращайся сюда. О том же буду просить и остальных командиров. Тогда и решим что дальше делать.
Любой план должен основываться на состоянии противника. По моим прикидкам из 18 тыс. половцев, пришедших к Переяславлю, 12 тыс. были на этой стороне Трубежа. Пару тысяч мы побили перед лесом и в лесу. Вдвое - здесь, между лесом, городом и речками. Большая часть утонула в Альте и в Трубеже. Итого - 6 тыс. А остальные? Они сейчас скачут на юг, восток, юго-восток. Какие-то «авторитетные люди» там точно есть. Если они соберут всадников и ударят по нам, то… будет больно. Если они добегут до своих становищ и там соберут воинов, то будет долгая вязкая война.
Русская армия при Бородино потеряла 40%. Восстановилась за несколько месяцев и погнала французов. «Великая армия» Наполеона насчитывала 600 тыс. чел. В Польше собралось 100 тыс. И восстановить уже не удалось. Как ни условен пример из другой эпохи, но, похоже, надо уничтожить 80-90% пришедших сюда степняков.
Чем больше покойников - тем дольше период мира.
Макиавелли доморощенный. Не жалко людей? Не можешь придумать чего-то… конструктивнее могил?
- Смотри в Степи внимательно. У тебя слева отряды, приведённые Боняком и Беру. Стоянка вёрст 10 отсюда. С ними не биться, не ссориться. Они нам союзники. Командует там Алу Бонякович. Ты слышал, что я ему в грамотке написал. Но… возможны варианты. Правее на юг пойдут торки с Чарджи и государевы с Искандером. До Сулы - точно. А вот дальше… Ночью на совете решим. Давай, Всеволод, нельзя позволить ворогам очухаться.