***
Наконец, собрав приличный отряд, Бела выходит к Пешту, где уже подготовлен речной флот: собирается выдвинуться вверх по Дунаю к Пожони, дабы вразумить братца и матушку.
Тут с пристани бежит стража:
- Скифов поймали!
Греки и поляки часто называют половцев скифами.
Событие уровня поймать негра в 1970-х на базе подводных лодок в Североморске: законами природы не запрещено, но очень большая редкость.
Несколько мужчин, одетых с варварской роскошью (тут - золото, тут - дерьмо конское присохшее), кланяются:
- Мы послы от хана Таза. Просим политического убежища. Пустите нас в домик, в королевство. И мы будем вашей милости верными слугами.
- А вы к кому?
- Э-э-э… к королю мадьярскому.
- Так короля пока нет.
- Мы знаем. Единственная несомненно действующая корона - на голове вдовствующей королевы Фружины.
- А меня королём признаете?
- Это внутреннее дело мадьяр. Мы признаем любого, кого они выберут. Лишь бы защиту от торков и русских обеспечил.
Кроме послов и их слуг, на приплывшей барке есть лодочники из дунайских жителей. Которые честно рассказывают, что Таз послал второе посольство в Византию, что подходил к броду в Искче, вступал в переговоры с греками. После чего пошёл дальше на запад.
Бела собирает совет.
- Что отвечать скифам?
- Нет!
Жупан из секеев, неделю назад приставший к Беле, против. Понятно: куманам надо дать пастбища. А секеи, в отличие от «настоящих мадьяр», сами кочевники. Дать куманам - отнять у секеев.
С другой стороны, появление многотысячного отряда новых союзников может принципиально изменить соотношение сил. Гезе даже думать о сопротивлении не придётся.
- Э-э-э… все знают, что скифы вероломны. Не случится ли так, что эти… просители убежища перекинутся на сторону наших противников? Шли-то послы к королеве-матери…
- Да, такое возможно. Дикие люди, язычники, ни стыда, ни совести...
- Здесь торчат уши Мануила. Куманы просились под его власть. Подобное уже бывало. Но в этот раз император, почему-то, отправил их на наши земли. Если греки ударят от Срема, а с той стороны скифы… бедная Венгрия.
Подобное, когда Мануил отправлял даже три армии одновременно с разных сторон и ещё флот по Дунаю, тоже случалось.
***
Коллеги, вот нормальное состояние государя: необходимость срочного принятия решения при отсутствии полной информации и противоречивых требованиях. «Гадание на кофейной гуще с летальным исходом»: не угадал - помер. Часто - со значительной частью населения.
***
Есть несколько оснований, чтобы ответить на просьбу об убежище «нет».
Призывать в страну язычников, при том, что сам только что отрёкся от «греческого суеверия» и вернулся в лоно святой римско-католической…
Тогда надо посылать туда отряд. Заслон. Чтобы дикари не прошлись по землям королевства, разоряя всё возможное. Чтобы не услышали «да» от Гезы и, следуя каким-нибудь его планам, не ударили в спину.
Очень соблазнительно выглядит «да». Набрав из дикарей многочисленный отряд, применить его против Гезы и его сторонников…
В условиях неопределённости и множества возможных исходов, Бела использует своё основное оружие - «обаяние». Надо посмотреть тому хану в глаза. И себя показать.
Оставив жену, казну и достаточный отряд в столице, отправив отряд для присмотра за Гезой, он с тысячью всадников грузится в речные барки и отправляется вниз по Дунаю. Расстояние - вёрст восемьсот, река сама несёт, дней через десять - слева точка прибытия.
Таз доходит до Олта, приходит в бешенство от оскорблений Чарджи и, не имея согласия мадьяр, переходит через речку.
Олт - не велика речка, последние сотню километров течёт по Нижнедунайской равнине. Как все равнинные реки такого размера, сильно петляет по широкой заболоченной пойме. Таз гонит своих и на западном берегу, в петле реки, ставит «город»: 6-8 тысяч кибиток кольцами.
Вокруг и по реке - отары, стада, табуны.
Держать такое множество живых существ в одном месте нельзя: всё съедят и загадят. Счёт идёт на дни.
Чуть севернее, на другом борте речной долины сидит Чарджи, любуется округой в подзорную трубу и кипит от злости: не дожал, не поймал ворогов, ушли гады ползучие. Надо было не филологией хвастать, а бить сразу. Но… сил маловато.
Инал - опытный командир: шлёт разъезды во все стороны. И на юго-восток к «кастлу» - как там мадьяры? И на юго-запад за речку: хорошо ли там Таз устроился?
На другой день приплывает Бела со своими рыцарями, выгружается выше устья Олта верстах в трёх, становится лагерем. Отряд сплавлялся по реке барками, поэтому конный - было место.
Тоже вполне здравомыслящий командир: шлёт по Дунаю пополнение в «кастл», шлёт разъезды по округе. А сам ложится спать: полдень, жара, сиеста. Надо отдохнуть. Чтобы выглядеть, чтобы поражать своим великолепием. Нужен буду - разбудят.