Fr 17
Глава 822
Фружина с семейством не успела добраться до Боголюбово до конца навигации. Где-то у Твери, примерно там, где я как-то зимовал в отбитой у шишей лесных боярской усадьбе, «Чёрная Иволга», которая их везла, вмёрзла в лёд.
Понятно, что связь работает, что местные власти мадьярскую королеву-мать не гнобили, голодом не морили, но жизнь в русской избе, хоть бы и в боярской усадьбе…
Адам Олеарий (17 в., секретарь голштинского посольства в Москву):
«пригласили нас в дом некоегo сына боярскогo или дворянина, в небольшую, от дыма чёрную, как уголь, и натопленную комнату».
«Горести дымные не претерпев, тепла не видати» - русская присказка XII в. оставалась актуальной очень долго.
У меня идёт строительство «белых» изб. Но прежде всего - на новых землях, в новых поселениях.
Картину «Меньшиков в Берёзове» представляете? Только вместо здоровенного носатого мужика в центре, который «если встанет потолок пробьёт», примерно такая же женщина. Без бороды и усов, в платке и с примерно таким же носом.
А вокруг четверо детей. Потом старшая дочь Адель, вдова чешского Святополка, простудилась и скоропостижно померла.
Остались: Илона 1158 г.р., Маргет 1162 г.р. И светоч, единственная надежда, сыночка ненаглядная - Геза, 1151 г.р.
Бесконечные русские реки, неоглядные леса, редкость населённых мест, вызывали сперва презрение: «дикари живут, пню молятся». И ощущение безысходности: отсюда не выбраться, не сбежать. Потом опасение, тревогу: здесь так пропасть можно, что и не найдут. И искать не будут! Переходящие в эти тёмные дни в тоску, подавленность.
Для южан зимние длинные ночи мучительны. Так широко распространились псих.заболевания в РККА зимой 1939-40 г.: в действующих на финском фронте войсках была высока доля призванных с Украины и Казахстана.
Депрессия накатывала и не откатывала. Относительно бедный быт, по сравнению с королевскими дворцами, отсутствие массы привычных удобных мелочей… вызвали вспышки раздражения, ссоры. Фружина гасила их обычным для неё способом: пощёчинами всем причастным и попавшимся.
Наконец, встал зимний путь. Сократившееся семейство, полное надежд на «светлое будущее» и внутреннего надлома - вторую такую зиму… нет! не надо! - отправилось санями в Боголюбово.
Во Всеволжске отгулял Рождество с Новым (1173 от Р.Х) Годом, надавал ЦУ и снова в свой «Циклоп».
Зверь-машина. Сколько её не ломали, а она всё ремонтируется. Третий сезон в ходу у моих испытателей редко какой аппарат выдерживает. Но как же оно ревёт! Ажоподелаешь? - Аэросани.
Обоз с подарками для Боголюбского и Лазаря я отправил заранее. Так что, приехал - а там все довольные. Лазарь солнцем ясным светится, у него ещё сын родился. Басконя, ренегат рублёвский, прибежал. Радуется, кланяется.
Почему «ренегат» - рассказывал. Ушёл с моей службы, чтобы свою Рублёвку обустраивать. Я его понимаю. Более того, от его дел Всеволжск немалый доход имеет. Так что - поддерживаю и помогаю. Но, всё ж таки, ушёл.
- Беда у меня, княже. Поставила казна мне на постой мадьяр. А они от всего нос воротят. Подавай им вино мадьярское. А откуда? Бражкой да пивом нашими брезгуют. Хлеб давай только пшеничный, ржаной есть не хотят. В сортире им, вишь ты, дует, в доме - дышать нечем. Дров жгут - будто небо обогреть тщаться. А платить за всё кто будет?
- Кто поставил - тот и заплатит.
- Ага. С казны-то хоть что получить… сам знаешь. Ты уж поспособствуй. Пусть хоть за потраченное заплатят. И задаток наперёд дадут.
- Не ной, Басконя. Я ж вижу, ты от радости - как блин масляный, отблеск даёшь.
- Эт княже, от радости тебя увидать. А так-то… поспособствуй.
Тут скачет сеунчей: завтра утречком раненько к Государю. Совет держать.
Факеншит! Почему у нас на Руси советы такие буйные, что их всегда держать надо? А то разбегутся?
Так и быть, нам не в напряг - пойдём, подержимся.
С Лазарем потолковали, ещё знакомцы давние набежали. Приятно добрых людей повидать, давненько я в Боголюбово не заглядывал. Связь-то работает, а вот напрямую с людьми поговорить, в глаза посмотреть, голоса послушать… интересно.
С утра к Андрею в замок. Городок растёт и благоустраивается. Улицы камнем замостили, прежде только площадь была. Мост в городе расширили - эт хорошо, теперь две телеги разъехаться могут. Стену подновили. Мне такое странно: Всеволжск стен не имеет, а Андрей по старине думает. Надо бы ему электрогенератор подарить, да с сотню ламп Нерста - светлее будет. И в замке, и в городе.
Ишь, Ваня - широкая душа. Ты сперва у себя так сделай. Сапожник без сапог.
Снова малая трапезная во дворце. Я здесь как-то на владимирском тысяцком наручники демонстрировал. Медведь с пропеллером. Федя Ростовский тогда хорошо по мозгам скамейкой получил. Может, и нынче чего-нибудь такое устроить?