Раздосадованный непредвиденной задержкой, Утегенталь отправил разведчиков налево и направо, а сам с оставшимися воинами пошел прямо, поскольку этот туннель шел прямо на восток.
Несколько минут спустя один из разведчиков вернулся, а с ним жрица с сообщением, что нижняя дверь обнаружена. Утегенталь вздохнул с облегчением.
— Приветствую тебя, оружейник Второго Дома, — произнесла жрица, обратившись к Утегенталю с таким почтением, какого мужчины, как правило, не удостаивались.
— Почему ты здесь? — спросил Утегенталь. — Мы ведь еще далеко от Нижнего Города.
— Дальше, чем ты думаешь, — с раздражением поглядев в глубь длинного туннеля, обрывавшегося у нижнего входа, сказала она. — Дорога перекрыта.
Утегенталь глухо зарычал. Дроу уже должны были захватить Нижний Город и сделать туннели свободными. Нетерпеливо шагая, он прошел мимо женщины.
— Ты там не пройдешь, — заверила его жрица, и он обернулся с таким выражением, словно ему дали пощечину. — Мы бьемся с этой дверью уже целый час, — продолжала она. — И можем потратить еще неделю, но так и не прорваться по ту сторону. Дворфы стойко держатся.
— Ултрин саргтлин! — заорал Утегенталь, словно жрица забыла, кто он такой. Но, несмотря на то что он заслуженно носил прозвание «Лучший воин», на жрицу его вопль не произвел ровно никакого впечатления.
— Сотня дроу, пять магов и десять жриц пытались ее взять, — бесстрастно сказала она. — Дворфы отвечают на наши атаки огромными копьями и горящей смолой. А туннель, ведущий ко входу, очень узок, к тому же напичкан ловушками, так что дверь охраняется не хуже, чем во дворце Бэнр. Мы отправили туда двадцать минотавров, и те десять, которым посчастливилось не угодить в ловушки, натолкнулись на дворфов, поджидавших в укрытиях. Двадцать минотавров — за считанные минуты! Тебе туда не проникнуть, — спокойно повторила жрица без всякой издевки. — Да и никому из нас это не удастся, пока на дворфов не нападут те, кто попадет в Мифрил Халл с другой стороны.
Внезапно Утегенталю захотелось наброситься на нее, именно потому, что он не сомневался в ее словах.
— А зачем тебе туда? — неожиданно спросила женщина, хитро поглядывая на воина.
Утегенталь недоверчиво посмотрел на нее, заподозрив, что она сомневается в его храбрости. Разве не может он просто рваться в бой?
— Ходят слухи, что ты охотишься за Дзиртом До'Урденом, — сказала она.
На лице Утегенталя вместо подозрения появился интерес.
— А еще ходят слухи, что отступник сейчас бродит со своей пантерой по внешним туннелям и убивает дроу, — продолжала жрица.
Утегенталь взъерошил и без того торчащие в разные стороны волосы и поглядел назад, туда, откуда пришел, в лабиринт туннелей. Он чувствовал дрожь нетерпения, чувствовал, как сами собой напряглись его мускулы и сжались челюсти. Он знал, что за пределами дворфского комплекса много вражеских отрядов, остатков войска, бежавшего из большой пещеры после окончания первой битвы. По пути сюда Утегенталь со своими людьми повстречал один такой отряд и полностью его уничтожил.
Немного поразмыслив, он понял, что было бы логично, если бы Дзирт тоже оказался там. Вполне вероятно, что отступник участвовал в сражении в пещере, и если так, то зачем ему было возвращаться потом в Мифрил Халл?
Ведь Дзирт — охотник-одиночка, бывший командир патрульного отряда, воин, который целых десять лет жил в диком Подземье вдвоем с пантерой, за это даже Утегенталь его уважал.
Он почти убедил себя, что Дзирт До'Урден должен быть там, блуждая по западным туннелям и убивая врагов. Оружейник рассмеялся в голос и, ничего не объясняя, направился туда, откуда только что пришел.
Жрица и воины последовали за ним.
Оружейник Второго Дома вышел на охоту.
— Мы побеждаем, — объявила Мать Бэнр.
Никто из собравшихся — а рядом с ней были Метил, Джарлакс, Мать Четвертого Дома Зирит Ксорларрин, Оропол Дирр — Мать Дома Аграх Дирр, ставшего теперь Пятым, Бладен Керст и Квентель Бэнр — даже не думал спорить.
Грязный и избитый, с тонкими, но необычайно прочными благодаря магии кандалами на руках, Гэндалуг Боевой Топор прочистил горло, издав звук, полный презрения. Но на душе у Гэндалуга было тяжело. Несмотря на то что его народ выдерживает жесточайшую битву, темные эльфы уже проникли в Нижний Город, а попали они туда по вине Гэндалуга, ведь только ему были известны тайные ходы. Старый дворф, конечно, понимал, что ни один мозг не выдержал бы вторжения иллитида, но все равно чувство вины не покидало его, он терзался тем, что оказался недостаточно силен и не смог противостоять прорицателю сознания.