Темный эльф чуть посторонился, чтобы Фред мог оценить уже проделанную работу. Аккуратист дворф, внимательно посмотрев на фигурку, одобрительно кивнул и даже ободряюще улыбнулся дроу. Фред не сомневался, что госпожа Аластриэль поможет беде.
Тихонько похлопав Дзирта по плечу, дворф отошел в сторонку, а дроу снова занялся делом, медленно и осторожно откалывая крошечные кусочки.
К полудню весь шов был очищен от наплывов затвердевшего клея. Дзирт повертел фигурку в руках, проверяя место соединения, и не обнаружил никакого признака разлома. Он взялся за головку статуэтки и, глубоко вздохнув, решительно поднял и подержал на весу, проверяя, выдержит ли клей ее вес.
Но сцепление было крепким. Дзирт потряс фигурку, проверяя, не развалится ли она, — но клей держал хорошо.
— Место соединения будет таким же крепким, как и любой другой участок, — заверил его Фред. — Поверь, теперь фигурка снова цела.
— Согласен, — ответил Дзирт. — А как же ее волшебная сила?
Фреду нечего было сказать.
— Главное испытание будет потом, когда я отправлю Гвенвивар домой, на Астральный уровень, — сказал Дзирт.
— Да, или когда захочешь позвать ее обратно, — добавил Фред.
Эти слова больно ранили Дзирта. Он и сам знал, что маленький дворф прав. Возможно, ему и удастся открыть туннель, чтобы Гвенвивар вернулась домой, но при этом он может потерять ее навсегда. Однако оставлять кошку здесь тоже было нельзя. Состояние Гвенвивар стабилизировалось, — по-видимому, она могла оставаться в материальном мире неопределенно долгое время, — но при этом чувствовала себя больной и подавленной. Хоть гибель ей и не грозила, пантера была предельно истощена, мускулы на прежде упругих боках обвисли, и она часто прикрывала глаза, пытаясь впасть в столь необходимый ей сон.
— Лучше уж отправить Гвенвивар домой, — твердо произнес Дзирт. — Конечно, если я не смогу вызвать ее обратно, жизнь моя станет намного беднее, но пусть лучше так, чем смотреть, какое жалкое существование ей приходится влачить сейчас.
Дзирт, зажав фигурку в руке, вместе с Фредом пошел в свою комнату. Гвенвивар, как обычно, лежала на коврике у очага, греясь у огня. Дзирт не стал тянуть время. Он пошел прямо к кошке — она устало приподняла голову и взглянула на него — и поставил фигурку на пол перед ней.
— Госпожа Аластриэль и славный Фред, которого ты видишь, решили помочь нам, Гвенвивар, — сообщил ей Дзирт. Голос его слегка задрожал, когда он подумал, что, быть может, в последний раз видит пантеру.
Гвенвивар почувствовала его беспокойство и с большим трудом села, глядя в глаза коленопреклоненному Дзирту.
— Возвращайся домой, моя хорошая, — прошептал дроу. — Возвращайся домой.
Пантера помедлила, пристально посмотрела на своего друга, словно пытаясь разгадать, что его так тревожит. Гвенвивар тоже ощутила беспокойство, но исходило оно от Дзирта, сама статуэтка ее не тревожила.
Сопротивляться она все равно не могла, поскольку была очень истощена. Покачиваясь, кошка поднялась и медленно стала описывать круги возле статуэтки.
Дзирт со страхом и волнением следил, как тело Гвенвивар растворяется, превращаясь в серый туман, а потом и он исчез.
Когда кошка испарилась, Дзирт подхватил статуэтку, надеясь, что с пантерой не случится ничего плохого и он больше не почувствует исходящего от фигурки тепла. Но вдруг он понял, какую допустил глупость, и испуганно посмотрел на Фреда.
— Что случилось? — спросил дворф.
— Меча-то Кэтти-бри нет! — жарко прошептал Дзирт. — Если по дороге на Астральный уровень ей встретится препятствие…
— Магия вернулась вновь, — успокоил его Фред. — И не только в фигурку, но и во весь мир. Магия вернулась.
Дзирт прижал фигурку к груди. Он даже не представлял, где сейчас может быть Кэтти-бри, но знал, что меч у нее. Все, что он мог сделать, — это оставаться на месте, ждать и надеяться.
Бренор восседал на своем троне, Реджис стоял рядом, испытывая, казалось, большее нетерпение, чем король. Хафлинг раньше уже видел гостей, которые вскоре должны были войти в тронный зал, но любопытному Реджису не терпелось снова посмотреть на Гарпеллов из Широкой Скамьи. В Мифрил Халл они явились вчетвером, четыре чародея, которые могли в предстоящей войне существенно помочь в защите оплота дворфов — если, конечно, нечаянно не разрушат все вокруг. Имея дело с Гарпеллами, приходилось учитывать и такой исход.