Квартира куда меня поселила контора в их ведомственном здании достаточно велика для одного-единственного жильца, но, главное, что она двухуровневая. На верхнем этаже находится рабочий кабинет с видом на пустую улицу, по которой если в сутки пройду туда или сюда хотя бы два десятка человек, то это столпотворение, а если проедет мобиль, то и вовсе целое событие. На нижнем этаже располагается спальня и просторная кухня с таким широким балконом, что его легко можно считать за ещё одну «наружную» комнату.
Балкон выходит на другую сторону нежели окна рабочего кабинета и с этой стороны дома жизнь течёт чуть более оживлённо. Высота третьего этажа – самое то, чтобы мой балкон находится на уровне верхушек не слишком высоких садовых деревьев коими засажен внутренний то ли двор, то ли сад. Пышные кроны. Разноцветные цветы. Одуряющий аромат. Чтобы впечатлить и привести в перманентный восторг лунара вроде меня видевшего на Луне живую зелень только в центральном парке-саде, да в домашних оранжереях всего этого более чем достаточно.
Закончив работать и заранее зная, что меня ждём капитан-комиссар и приготовленный им прекрасный завтрак-ужин я спускаюсь.
Если погода хорошая, то мы с ним устраиваемся за столиком на балконе, если плохая, то остаёмся на кухне. Там я сметаю с тарелки свою порцию и, уже зная мои привычки, капитан-комиссар даёт мне специально приготовленную для меня порцию добавки. Потом мы пьём кофе или чай, и я рассказываю, что сделал за последние три дня, корректирую ранее данные сроки с учётом текущего прогресса, рассказываю о проблемах и хвастаюсь найденными решениями. Не думаю, что он понимает всё, что я ему говорю, хотя я стараюсь рассказывать, как можно проще, чтобы было понятно даже не специалисту. Но руку на пульсе идущего процесса мой куратор держит чётко.
Допив чай, мы расходимся. Капитан-комиссар уезжает по своим делам. Я мою посуду и ложусь спать на несколько часов. Но в этот раз пришлось задержаться – мой режим оказался сбит.
Доев классический омлет с колбасой и грибами, я взял в руки чашку с каким-то экзотическим чаем, пахнущим спелыми фруктами, вызревшими под щедрым южным солнцем, и хотел начать рассказывать, как капитан остановил меня.
-Есть новости по твоей семье, -сказал он и меня словно ударило по голове пыльной подушкой.
Оставив чашку с чаем в сторону так, что немного горячей жидкости выплеснулось на стол и, вдобавок, обожгло мне пальцы, я весь превратился во внимание.
-Мы честно исполняли свою часть нашей договорённости и подготовили операцию по вывозу твоей семьи, -произнёс капитан и мне не понравились его слова. Если такое начало, то дальше должно последовать оправдание неудачи. И оно, разумеется, последовало.
-Агент мёртв. Корабль конфискован, -закончил капитан-комиссар.
-Передайте задание другому агенту.
-Никого нет. Раскрыта вся агентурная сеть, до последнего человека, -признался он.
-Но как такое возможно?
-Пришельцы.
Я не поверил: -Они лично вмешались?
-Почти.
-Что значит почти?
Капитан мрачно сказал: -Всё сложно.
-Так объясни! -вспылил я. Здесь, в тени раскидистых яблонь и слив наш разговор о далёкой, от этого места, орбитальной войне казался чей-то нелепой шуткой.
-Последние месяцы, с помощью созданной разведывательной сети мы провели несколько успешных операций у них в тылу и видимо серьёзно качнули чашу весов, раз уж чужие отреагировали столь явно, -начал рассказывать капитан.
Я поинтересовался: -Что вы сделали?
-Например уничтожили электромагнитную катапульту, -мрачно улыбнулся мой комиссар. -То, что не смогла сделать ни массовая ракетная атака, ни бомбардировка тучей космо-дронов дальнего радиуса действия, ни самоубийственный прорыв к луне остатков флота – сделали всего лишь четыре человека. Один обеспечивал прикрытие. Второй достал коды допуска. Третий, непосредственно, установил и настроил ядерную мину. Четвёртый страховал и дублировал. Все четверо, за уничтожение висящего над землёй дамоклова меча получили звание героев Российской Федерации.
-Круто, -оценил я.
-Было бы круто если бы сейчас они не были бы мертвы. Как и другие десятки успешно внедрённых разведчиков: наших, китайских, американских – всех.
-Как их нашли?
-Малыш Полански побежал к своим инопланетным друзьям и поплакался им, что его обижают злые земляне. И космические друзья, от щедрот своих, выдали ему новую технологию. Точнее не выдали, а дали поиграться. Сами технологии они стараются не раскрывать перед аборигенами, то есть нами. Теперь на луне, при любом подозрении, садят в ухо металлического жука, тот забирается…