-Они не просто отказались ехать, -продолжал говорить капитан. -Но и сдали вышедшего с ними на контакт агента. И те сведения, которые ты передал им о планировавшейся операции – они сразу легли на стол лунного командования. Реши мы и правда действовать так, как тебе было сказано и все наши десантники, до единого, остались бы там, в приготовленной лунарами ловушке.
-Этого не может быть.
-Позвони им сам, -предложил комиссар. -Позвони прямо сейчас. Я отойду, чтобы не попасть в поле зрения камеры.
И я позвонил потому, что не мог больше ни минуты терпеть душевный раздрай. Не хотел его терпеть ни одной лишней секунды.
Трубку на луне взял Арктур. Мой старший сын и средний ребёнок смотрел на меня с каким-то непонятным выражением лица. Лишь с некоторым опозданием я сумел его правильно интерпретировать – это была ненависть. Мой сын смотрел на меня с неприкрытой ненавистью.
-Позови маму, -попросил я.
-Нет!
-Что это значит?
-А то и значит, -выплюнул Арктур. -Её забрали.
-Куда забрали?
-Туда, куда увозят всех предателей и любителей грязеедов. Но так даже лучше. По крайней мере там за ней проследят чтобы не было второй попытке суицида. Мама едва-едва смогла досидеть до конца на прошлом сеансе связи. Только сильное успокоительное помогло. Но всё равно пришлось заканчивать звонок раньше, чем планировали. Мы опасались, что она не выдержит и подаст тебе какой-нибудь знак. Обошлось. Только ты, папа, всё равно всех переиграл.
Я потрясённо спросил: -Что ты имеешь в виду?
«Земляне спасут вас», «минус шестой этаж», -передразнил меня Арктур. -Молодец, отец. Ты был настолько искренен, что мы поверили тебе, а нам поверили стражи свободы и начали готовиться к высадке вашего десанта в Нова Роса, а вы ударили в Мао. Браво, отец! Надеюсь, земляне тебе хорошо заплатили за предательство своей лунной родины? Тридцать серебряников хотя бы наберётся?
-Что ты такое говоришь?!
Арктур приблизился к экрану так, что его лицо заняло большую часть свободного места: -Я не говорю, я – делаю! Знал бы ты, дорогой папа, как мне надоело притворятся. Как осточертело давить из себя улыбку во время твоих, хвала звёздам, не таких частых звонков. Старшие стражи свободы говорили, что нужно терпеть, чтобы вытащить из тебя важные сведения. Однако ты оказался хитрее. Мы хотели использовать тебя, но, на самом деле, это ты использовал нас. Браво, отец, аплодирую твоему змеиному коварству.
-Я ничего не испо…
Арктур словно не слышал меня. Не хотел слышать. Он желал выговориться, желал бросать свои слова в моё лицо словно перчатки и самозабвенно занимался этим: -Но теперь всё! Фарс закончен! Маски сброшены! Говоришь там, на земле, много травы и ещё есть целые моря воды? Может быть я всё это скоро увижу. По протекции «Юных помощников стражей свободы» меня записали в космопехоту. Совсем как тебя, папа, раньше. Только я не струшу, не продамся грязеедам, не стану служить червякам, а буду их убивать. Мы дойдём до вашей земли и сожжём её леса и вскипятим моря и превратим города в пустыни!
-Зачем? -прошептал я и о чудо – сын услышал мой тихий шёпот.
-Зачем?! Чтобы Луна была свободной – Земля должна быть уничтожена!
-Какой бред.
-Бред это иметь отца-предателя. Отца, продавшегося червякам. Ты должен был погибнуть тогда, папа и я считал бы тебя героем. Но ты выбрал путь предателя. И я ненавижу тебя! Мы все ненавидим!
-Не говори за остальных.
-Буду говорить! -крикнул Арктур. -Я теперь старший мужчина в семье! Я космопехотинец! И я буду говорить и за Ивана, и за Катю. Мы ненавидим тебя, отец. Знай это и жди пока луна не придёт за тобой на землю, чтобы покарать за совершённое тобою предательство!
Сказать, что это было больно – значит не сказать совсем ничего. Внутри меня словно бы всё заледенело. Я превратился в глыбу льда по недоразумению выточенную в форме человека и способную если не двигаться, то хотя бы открывать рот и выталкивать ледяное крошево слов.
-Арктур, когда ты стал таким?
-Когда мой отец показал себя предателем и грязелюбом! Когда мать чуть не последовала за тобой и последовала бы не останови я её? Когда Катька начала резать руки, и я был единственным кому до этого было хоть какое-то дело. Когда Ваньку стали систематически избивать в школе за то, что у него отец предатель и я стёр костяшки о чужие лбы и носы, доказывая, что сыновья за предательство отца не в ответе. Выбирай любой из этих моментов, -ухмыльнулся Арктур.