-А мы летим орбитами
Путями не избитыми
Прошит метеоритами простор
Оправдан риск и мужество
Космическая музыка
Вплывает в деловой наш разговор…
Маленький Иван с интересом наблюдает за нашими попытками выучить песню. Он только недавно начал говорить и сейчас пытается повторять за старшим братом.
-Просит метеоитами посто, -радостно лепечет младший сын и мы с Арктуром смеёмся Сам Ваня гордо улыбается и крутит головой. Ему нравится находится в центре внимания. А если вокруг смеются, значит всё правильно и всё хорошо.
В комнату заглянула Оксана: -Над чем смеётесь?
-Учим песню для детского сада. Но, похоже, Ваня разучит её ещё быстрее чем Арктур, -объясняю я.
Желая показать, что он уже давно выучил и последнее время просто придуривался, Арктур начинает петь: -А звёзды тем не менее
А звёзды тем не менее
Чуть ближе, но всё так же холодны
И как в часы затмения
И как в часы затмения
Ждём света и земные видим сны
Услышав слова Оксана изменилась в лице и прошипела, обращаясь уже исключительно ко мне: -Ты с ума сошёл?
-Что ещё такое? – не понимаю я.
-Эта песня не про космос, а про Землю. Что скажут в детском саду, когда ребёнок споёт там песню про Землю? Так точно не пойдёт. Придётся переучивать какую-нибудь другую песню.
-Но я только выучил эту, -начинает ныть Арктур.
-Все претензии к папе, -отрезала Оксана. -Надо было с самого начала нормальную песню выбирать.
-Эй, песня хорошая! -возражаю я. -Отличная песня.
-Я имела в виду песню не про землю, -уточнила жена.
Арктур возмущённо смотрит на меня. Хлопаю его по плечу: -Сын, мать права. Давай разучим какую-нибудь другую песню. Но так и быть, сначала сделаем обещанный перерыв, потом разучим.
Мы играем с ним в пластиковых солдатиков, обычных пластиковых солдатиков. Говорят, что чем более интерактивны игрушки, чем меньше ребёнок вынужден додумывать, самостоятельно играя с ними, тем хуже у него развивается воображение. Поэтому большая часть Катиных кукол не говорит и не двигается, а солдатики Арктура не умеют самостоятельно строиться по взводам и послушно ждут пока их расставит их маленький хозяин. Под шумок Иван умудрился стащить пару солдат и уже во всю обсасывал их, словно конфеты.
-Отдай? -требует Арктур хотя точно знает, что сделанным из неуничтожимого пластика солдатикам ничего не будет от детский слюней и попыток погрызть из режущимися зубами.
-Ладно, пусть у брата будет своя армия, -останавливаю я среднего сына. -Своя слюнявая армия.
-Генерал слюнявой армии, - смеётся Аркутр.
И Ваня тоже смеётся. Ему ведь главное, чтобы все вокруг были весёлые, и чтобы он находился в фокусе общего внимания.
Играя с сыновьями в солдатиков, я непроизвольно напеваю: -И снится нам не рокот космодрома
Не эта ледяная синева
А снится нам трава, трава у дома…
-Прекрати, папа, -резко одёргивает меня Арктур. -Мама сказала, что это грязеедская песня. Пусть её червяки поют, а мы не будем!
-Да, сын, -соглашаюсь с ним. -Похоже мы эту песню петь не будем. Не доросли мы ещё до неё.
На работе общая ситуация стабильно ухудшалась в течении последних нескольких лет. Если сразу после мятежа, то есть революции, прости Лебедев, достоинства, количество заказов не уменьшилось, а даже увеличилось. Премии и стимулирующие выплачивались в полном объёме. В общем новое руководство, захватившее власть над Когнитивными Технологиями, делало всё, чтобы ценные сотрудники не разбежались.
Когда конфликт с большой землёй перешёл в горячую фазу и стало понятно, что уходить, ценным специалистам, в общем-то некуда, то премии и стимулирующие начали резать пока не отменили их полностью. Дальше начались непонятные кадровые перестановки, когда по-настоящему грамотных спецов порой увольняли за написанный на эмоциях текст в их личных, никак не связанных с работой, аккаунтах социальных сетей. А посредственностей или даже недавно принятых новичков протаскивали в начальники и те принимались отдавать команды, не понимая полностью всех тонкостей и особенностей налаженных за долгие годы процессов. Естественно сразу же начались нестыковки, провисания, вместо спокойной работы приходилось то нагонять упущенное, то работать в стол, ожидая пока кто-нибудь там согласует что-нибудь, как всегда, в самый последний момент.
Непонятно откуда возникло множество отчётов, порой совершенно бессмысленных. Появились депримирующие штрафы. Руководством поощрялась практика доносительства, и отдельные сотрудники начали ею активно пользоваться. Мне, как руководителю, приходилось каждую неделю заполнять анкеты описывая в них настроение членов мое команды, их отношение к последним новостям, к тем или иным событиям, часто не имеющим никакого отношения к работе. И я заполнял, потому что если бы хоть раз не заполнил, то получил бы штраф. И кто-то, что-то такое, наверняка заполнял уже по мне самому. Не знаю: читали ли все эти горы отчётов и анкет или, может быть, они обрабатывались каким-то другим способом.