-Ты не понимаешь. Эти штуки нельзя выносить из класса. Мераку или кто там их раздал сильно попадёт если об этом узнают, -объяснила жена. Она сама работала учителем и знала о чём говорит. -Катя, разве мы не говорили с тобой на эту тему? Ты прекрасно знаешь, что должна писать в таких случаях, зачем папу дёргала?
-Говорили? Знает, что писать? -я окончательно растерялся.
Жена забрала у меня анкету, вручила дочери и потребовала: -Заполняй сама, как я тебе говорила. И никому не рассказывай, что мы видели её.
Когда дочь ушла в свою комнату я осторожно поинтересовался: -Что там внутри? Что за вопросы?
Жена села на диван сложив руки на коленях. Её поза выражала усталость.
-Самые обычные вопросы. Что дома говорят о землянах, что родители думаю про войну и так далее. Должно быть ищут таким образом «сочувствующих».
-Заставляют детей доносить на своих родителей? -ужаснулся я.
-Уже не первый год, -покачала головой Оксана. -Но ты не бойся, я поговорила с детьми, и они знают, что нужно писать в таких случаях или говорить, если их будут расспрашивать в школе или детском саду.
-Я… я не знал ничего такого. Почему ты не рассказала?
-А зачем? Ты бы только разозлился и натворил бы глупостей, -пожала плечами Оксана.
-Я и разозлился!
-Вот. Только глупостей не натвори, -устало попросила жена.
-Не беспокойся, дорогая. Не натворю, -пообещал я.
Утром следующего дня я приступил к осуществлению придуманного нейросетью плана. Если подумать: то, что я пытался сделать было чистой воды диверсией. Даже не знаю, что со мной могут сделать если поймают, тем более по законам военного времени. Можете сказать, что я выступил против «своих», помогая противнику. Только вот я уже давно не был уверен кто здесь «свой» для меня – лунары или земляне. Во время гражданской войны так бывает. Представители одного вида сходятся в непримиримой схватке, а где-то из-за плеча за продолжающейся дракой наблюдают за происходящим «наши космические друзья» прибывшие чёрт знает откуда и, по большому счёту, с чёрт знает какими целями. Мы разбиваем друг другу морды, а они стоят за плечом, наблюдают, изредка вмешиваются. Такие вот «космические друзья». С подобными друзьями и «космических врагов» не надо, сами справятся.
Если вы думаете, что разработанный нейросетью план включал в себя погони и взрывы, то вы глубоко ошибаетесь. Ничего этого не было. Вообще ничего сколько-нибудь зрелищного. Следуя плану, я поговорил на работе с одним человеком, потом с другим, потом написал несколько писем. Поступая так из дня в день, я неторопливо и спокойно создавал ложные следы, по которым должно будет пойти следствие, а также подготавливал железобетонное алиби себе и другим разработчикам. Конечно, проще было бы всё свалить на руководителя отдельна – Воронцова. Но я отказался от этой идеи сам даже не знаю почему. Может быть потому, что ещё помнил, как Аль-Шама Воронцова когда-то раньше звали Максимом. Что тут поделаешь – такой я чистоплюй.
Кроме того, я решил не уничтожать все наработки полностью, а оставить одну копию для себя. Просто рука не поднялась безвозвратно уничтожить результат столь кропотливого труда многих человек и меня в их числе. Я решил сохранить хотя бы одну копию пусть даже за счёт некоторого снижения вероятности провернуть всё успешно и при этом не попасться. Благо, что вероятность успеха, всё ещё оставалась значительно больше пятидесяти процентов.
Кстати, хотите расскажу математический оксюморон? Какая вероятность выходя на улицу встретить настоящего динозавра? Думаете ноль? А вот и нет – те же самые стандартные пятьдесят процентов: либо вы встретите его, либо нет.
Это всё нервное. На самом деле я страшно трусил и даже удивлялся – как окружающие могут не видеть и не замечать моего состояния? Каким чудом я продолжаю в их глазах казаться до сих пор нормальным и обыкновенно себя вести? Всё-таки люди крайне слепы друг к другу. Наверное, внутри каждый из нас воспринимает себя самого чуть ли не единственным актёром в пьесе своей жизни, а всех прочих, даже близки и родных людей, только лишь мало отличимыми от декораций статистами. Каждый человек эгоистичен до мозга своих костей, более того – до самых кончиков волос. Наиболее альтруистические наши поступки, самые прекрасные «души порывы» мы совершаем только лишь ради самих себя. Это не хорошо, но и не плохо. Так как есть.
В работающих фоном новостях передавали о крупном сражении за орбитальный завод пустотного литья. Учитывая, что сам завод уже третий раз переходил из рук в руки, то от него мало что оставалось, но последние рабочие цеха пытались сохранить обе стороны по молчаливому соглашению, не применяя близко к ним тяжёлого вооружения.